Виссариону удалось защититься. Он написал трактат «Против клеветы на Платона» (In calumniatorem Platonis). Виссарион указывал, что многие христианские святые восхищались Платоном. Несмотря на то, что учения Аристотеля и Платона не согласуются полностью с христианской доктриной, расхождений совсем немного, а гораздо больше сходства. Бог послал человечеству двух выдающихся мыслителей, чтобы люди могли приблизиться к истине различными путями.

После смерти папы Павла II кандидатура Виссариона на апостольский престол вновь рассматривалась. Но, в конце концов, в августе 1471 года папой избрали Франческо делла Ровере, взявшего имя Сикста IV.

Новый папа Сикст IV назначил Виссариона папским легатом и послал к королю Франции и герцогу Бургундии уговаривать обоих правителей присоединиться к походу против врагов христианства. Во Франции кардинала встретили враждебно. В Италию он вернулся ни с чем и вынужден был доложить о провале миссии.

Виссарион умер в Равенне 18 ноября 1472 года. Его тело перевезли в Рим и торжественно захоронили недалеко от базилики Двенадцати Апостолов.

Противоречивые чувства, присущие многим итальянцам по отношению к грекам, в своём письме выразил путешественник, дипломат, собиратель античных древностей и лингвист Чириако из Анконы. Он много путешествовал по Далмации, Греции, Морее, посетил острова Родос и Кипр, Малую Азию и Египет, несколько раз побывал в Константинополе. Чириако мечтал об объединении церквей и крестовом походе. В 1439 году во время Собора он находился во Флоренции и ему поручили сопровождать византийского императора Иоанна VIII в экскурсиях по Италии. Его знание Ближнего Востока и мнение о происходящих событиях ценили греческие, латинские и даже турецкие правители. В конце своей жизни Чириако вернулся в Италию и проживал в Кремоне. Ещё до падения Константинополя в феврале 1447 года Чириако писал своему другу (Андреоло) о трёхдневном визите в Галлиполи, где он занимался поиском античных древностей. К этому времени турки разоряли завоёванный ими Пеллопонес. Чириако наблюдал огромную колонну пленных греков и других христиан, которых направляли на невольничий рынок Галлиполи. Его слова отражают мнение многих образованных и сочувствующих католиков (Setton K. M. «The Papacy and the Levant», vol. II, p. 96):

«…Потому что я верю, что о печальном ударе по христианству и о резне, которую предприняли турки по отношению к этим людям, хотя они и греки и заслуживают определённую меру наказания, невозможно думать иначе как о громадной потере для нашей религии и о величайшем позоре для латинян»