Хатра

Всё-таки, прав, видимо, Дион. По Геродиану, Север отступил от Хатры с большими потерями и с недовольным войском, после чего решил отправиться в поход на Парфию. Это совершенно немыслимо. Он никогда бы так не поступил. Да и Траян также осаждал Хатру именно при возвращении из Ктезифона. Север вполне мог поступить подобно «лучшему императору».

Нападению на Хатру способствовало и то, что она всё равно находилась на дороге, которая шла от Ашшура к Нисибису. Армия Севера никак не могла миновать этот город, разве что уйдя в несудоходные верховья Тигра.

Впрочем, здесь Северу пришлось вновь бороться с недовольством армии, которую он сам же развращал систематическими донативами, наградами и раздачей привилегий. Во время перехода через пустыню, один из трибунов преторианцев — Юлий Крисп, раздражённый тяготами пути, не к месту произнёс вслух стих Вергилия, в котором какой-то воин, сражавшийся на стороне Турна против Энея, сетуя на свою судьбу, говорит: «Ради того, чтобы Турн сделал Лавинию своей женой, мы между тем погибаем ни за грош». Рядовые преторианцы оказались верны императору и немедленно донесли на Криспа. Тот был казнён за подрыв морального духа и измену, а рядового преторианца по имени Валерий, который выступил с обвинением против него, Север назначил трибуном на место казненного.

Другим казнённым оказался Юлий Лет, ненавидимый Септимием со времён Лугдунской битвы. В этом случае, ситуация была хуже и двусмысленней для императора и поступок его показался всем настолько грязным, что ему пришлось потом за него оправдываться. Дорога к Хатре выглядела настолько тяжёлой, что многие воины стали открыто возмущаться и говорить, что пойдут туда только под командой Лета. То ли Септимий неправильно организовал движение, то ли восточные войска таким образом выразили свою оппозиционность Септимию, ведь в них служило много ветеранов Нигера. Теперь, вместо Нигера, они выставляли своим предводителем и любимцем Лета, хорошо показавшего себя во время осады Нисибиса. Возможно, и сам Лет как-то способствовал этой оппозиции, не оставляя надежды стать императором. Но с Септимием были шутки плохи. Он немедленно обвинил Лета в попытке раскола армии и измене, и казнил, осуществив давно вынашиваемую месть. Не исключено, что ситуация выглядела несколько по-другому. Лета могли убить преторианцы или европейские легионеры по наущению Септимия, ведь он позднее оправдывался тем, что воины убили Лета без его приказа.

Итак, примерно, в конце февраля 198 года войско Септимия Севера подошло к Хатре. Барсемия отказался сдаться и признать Септимия сюзереном, и закрыл ворота города, изготовившись к обороне. Император немедленно послал войска на штурм, который, к большой неожиданности для римлян, полностью провалился. Арабы и римские дезертиры защищались с неожиданной отвагой и умением, но самой неприятной неожиданностью для римлян стали лучники, а также многочисленные и весьма эффективные метательные орудия, которые причинили плотному строю римлян огромные потери. Кроме того, атрены научились снаряжать свои орудия горшками с горючей смесью из нефти и других смол, и ухитрились сжечь большинство метательных орудий римлян.