Надеюсь, из сказанного вполне понятно, что новый термин для обозначения искомого ресурса нам действительно необходим. В противном случае мы продолжим смешивать подлинную «интеллектуальную функцию» с бесчисленностью наших «мыслей». Последние, сколь бы приятными они иногда ни были (например, о длине юбки Эльзы), вряд ли можно счесть ценностью, достойной статуса ресурса, а именно это нас сейчас и должно интересовать. Да, представленный термин неидеален, но он вполне рабочий. Говорят, что когда Алексея Алексеевича Ухтомского спросили, почему он назвал открытый им нейрофизиологический феномен «доминантой», он с удивлением ответил: «А как ещё можно было назвать доминанту?» Поступим таким же образом: как ещё назвать интеллектуальную функцию, если не «интеллектуальной функцией»?

Итак, мы определили понятие ресурса «интеллектуальной функции», теперь следует сказать о его ценности…

«Семёрка»

«Семёрка»

Можно не сомневаться, что на вершину социальных пирамид всегда выносит субъекта с максимально развитой интеллектуальной функцией (и в этом, понятное дело, её безусловная ценность как ресурса).

Данному тезису, казалось бы, противоречит эмпирический опыт — возьмём, например, Гарри Трумэна и Альберта Эйнштейна. Хотя президент Трумэн был, вероятно, не дурак, интеллектуальная функция Эйнштейна всё-таки кажется помощнее. Но именно Трумэн стал президентом, и это в его, а не Эйнштейна, власти было использовать атомную бомбу (хотя без последнего она вряд ли была бы изготовлена к 1945 году). Эйнштейну, впрочем, тоже предлагали высший государственный пост — президента Израиля, он, правда, отказался, но не в этом дело.

Дело в том, что наше общество состоит из множества социальных пирамид, каждая из которых представляет собой паттерн относительно самостоятельных игр. Эйнштейн в своей пирамиде безусловный победитель. А Трумэн, по всей видимости, обладал самой мощной интеллектуальной функцией среди тех персонажей, которые в силу возраста, опыта и ряда других причин могли претендовать в этот момент на президентское кресло в США (поверьте, объективно их круг был не так уж велик). Таким образом, мы не можем сравнивать интеллектуальные функции Трумэна и Эйнштейна или, например, Бориса Ельцина (тоже президента) и Виталия Гинзбурга (тоже нобелевского лауреата) — они играли в разные игры, и каждый из них побеждал на своём поле.

Впрочем, есть и куда более вопиющие примеры, свидетельствующие, казалось бы, в пользу ложности заявленного тезиса. Возьмем Джорджа Буша — младшего: что тут ни говори, сложно представить, чтобы этот человек обладал лучшей интеллектуальной функцией, нежели все возможные к этому моменту кандидаты на президентский пост в США. Но пример этот по-своему как раз замечательный, поскольку демонстрирует ряд важных моментов, которые также нужно иметь в виду…