Ленин в августе 1919 г., опираясь на данные ЦСУ по 21 губернии, оценивал долю пайков в питании городского рабочего в размере 50 %, остальную половину рабочий получает на ««вольном», «свободном» рынке, т. е. от спекулянтов»[2625]. По данным позднейших исследователей, рабочие Москвы, Петрограда и Иваново-Вознесенска — в 1919 г. получали по карточкам в среднем не более 29 % всех потребляемых продуктов. Как следствие, приходит к выводу историк С. Павлюченков, «несмотря на широковещательные заявления и шумную борьбу с вольным рынком, у власти не было иного выхода, кроме как мириться с его существованием»[2626].

Действительно, в отличие от всех предыдущих правительств, большевистское отчаянно пыталось бороться со спекуляцией. Военно-Революционный Комитет (ВРК) уже 10 ноября 1917 г. постановил: «Хищники, мародеры, спекулянты объявляются врагами народа…, в преследовании спекулянтов и мародеров ВРК будет беспощаден»[2627].

Декрет «О борьбе со спекуляцией», устанавливал драконовские меры воздействия против людей, которые, пользуясь тяжелым положением других, стремятся извлечь для себя максимальную прибыль[2628]. 14 января 1918 г. Ленин призывал: «Петроградские рабочие и солдаты должны понять, что им никто не поможет, кроме их самих. Факты злоупотребления очевидны, спекуляция чудовищна, но что сделали солдаты и рабочие в массах, что бы бороться с нею? Если не поднять массы на самодеятельность ничего не выйдет… Пока мы не применим террора — расстрел на месте — к спекулянтам, ничего не выйдет… Кроме того с грабителями надо поступать решительно — расстреливать на месте»[2629]. Однако все было тщетно.

Примером могла служить нелегальная торговля золотом. В 1920-м и особенно в 1921 г. операции с золотом на «черной бирже» Москвы приобрели настолько распространенный характер, что цена золотой монеты регистрировалась советской статистикой труда[2630].

Примером могла служить нелегальная торговля золотом. В 1920-м и особенно в 1921 г. операции с золотом на «черной бирже» Москвы приобрели настолько распространенный характер, что цена золотой монеты регистрировалась советской статистикой труда[2630].

Видные левые экономисты обвиняли большевиков в том, что их политика вообще выражает интересы спекулянтов: «Нет, спекуляция не только извне налипла, — заявлял В. Базаров, — она насквозь пронизывает всю систему современного государственного регулирования, составляет самою его душу. Спекулянт — не просто паразит, но вместе с тем и действительная опора правительства, герой, спасающий власть в критических случаях»[2631].