«Мы должны сейчас против кулака поставить все загородки, мы, — взывал Н. Бухарин в 1925 г., — должны сейчас считаться с ростом дифференциации крестьянства, должны считаться с тем, что на ближайший период у нас будет обострение классовой борьбы…, я грешный, в каждом выступлении подчеркиваю и говорю о том, что у нас будет на первых порах обострение классовой борьбы в деревне»[1327].

На практическом опыте в 1925 г. Бухарин, а за ним в 1928 г. Сталин выводили закон обострения «классовой борьбы при социализме»[1328]. Этот вывод вытекает из той объективной закономерности, что появление Капитала, как и создание условий для его накопления, пробуждает и усиливает частнособственнические инстинкты. Параллельно с этим — «рядом с повышением государственного богатства идет, — как отмечал Троцкий, — процесс нового социального расслоения…, на крайних полюсах неравенство принимает характер вопиющих контрастов»[1329]. Ленин в этой связи еще в 1919 г. приходил к выводу, что «классовая борьба, после свержения власти капитала…, не исчезает…, а только меняет свои формы, становясь во многих отношениях еще ожесточеннее»[1330].

На практическом опыте в 1925 г. Бухарин, а за ним в 1928 г. Сталин выводили закон обострения «классовой борьбы при социализме»[1328]. Этот вывод вытекает из той объективной закономерности, что появление Капитала, как и создание условий для его накопления, пробуждает и усиливает частнособственнические инстинкты. Параллельно с этим — «рядом с повышением государственного богатства идет, — как отмечал Троцкий, — процесс нового социального расслоения…, на крайних полюсах неравенство принимает характер вопиющих контрастов»[1329].

Ленин в этой связи еще в 1919 г. приходил к выводу, что «классовая борьба, после свержения власти капитала…, не исчезает…, а только меняет свои формы, становясь во многих отношениях еще ожесточеннее»[1330].

В 1926 г. Сталин назвал эти настроения «левым уклоном», который «ведет к разжиганию классовой борьбы в деревне, к возврату к комбедовской политике раскулачивания, к провозглашению, стало быть, гражданской войны в нашей стране»[1331]. Но именно к этой политике сам Сталин обратился в 1929 году.

Раскулачивание и принудительная коллективизация вызвала резкий всплеск крестьянских выступлений и террористические актов: в 1928 г. они составили соответственно — 709 и 1307 случаев, в 1929 г. — 1300 и 3200, в 1930 г. — 13754 и 4000. 2 апреля 1930 г. в закрытом письме ЦК указывалось на повстанческое движение на Украине, Северном Кавказе и в Казахстане, массовые выступления крестьян в ЦЧО, Московской области, Сибири, Закавказье и Средней Азии, «перерастающие в антисоветское движение», ставящее под угрозу «дело коллективизации и социалистического строительства в целом»[1332].