Через несколько месяцев пишет мне, как ни в чём не бывало, и не умер, и будто никакой Франи в помине не было:

«Наступает весна-красна, но как обычно всё также за этим караулом и дня не видишь. И мне хочется сейчас быть рядом с подругой. Но что поделаешь, надо служить. Да, познакомился с одной заочницей и теперь уже трудно отцепиться. Понимаешь она мне верит что приеду к ней. А если человек в тебя верит то совести не хватает отказаться от такого человека. Не знаю что будет дальше. Время покажет но если всё будет хорошо то придётся к ней ехать в город Иршава Закарпатской обл.».

«Наступает весна-красна, но как обычно всё также за этим караулом и дня не видишь. И мне хочется сейчас быть рядом с подругой. Но что поделаешь, надо служить. Да, познакомился с одной заочницей и теперь уже трудно отцепиться. Понимаешь она мне верит что приеду к ней. А если человек в тебя верит то совести не хватает отказаться от такого человека. Не знаю что будет дальше. Время покажет но если всё будет хорошо то придётся к ней ехать в город Иршава Закарпатской обл.».

Ну, да, как в популярной тогда советской песне пелось: «Ты только жди!»

Вторая навязчивая тема у солдат: что делать после демобилизации? Таких как я, кто уже имел профессию, тем более диплом специалиста, в нашей части было наперечёт. Валентин планировал:

«Кроме того, что я радиоделом буду заниматься, хочу учиться и работать по такой профессии что б она была связана с политической работой. Охота этим заниматься. Не знаю получится ли. Ты спрашиваешь об изучении Ленина. За последнее время занимаюсь токо радиоделом конечно теоретически… Да плохо что в меня только 8 классов, а то б я и не думал куда пойти».

«Кроме того, что я радиоделом буду заниматься, хочу учиться и работать по такой профессии что б она была связана с политической работой. Охота этим заниматься. Не знаю получится ли. Ты спрашиваешь об изучении Ленина. За последнее время занимаюсь токо радиоделом конечно теоретически… Да плохо что в меня только 8 классов, а то б я и не думал куда пойти».