В статье «Письмо немцу», адресованной профессору Казаку из Кельнского университета и опубликованной в газете «Завтра», Белов писал: «Натовские «Фантомы» и «Торнадо» бомбят сербские города. Неужели немцам не приходит в голову, что бомбить города и поселки опасно для самих немцев? И кто гарантировал немцам (да и французам, и итальянцам), что на Кельн, на Париж, на Рим не будут падать такие же бомбы? Таких гарантий, профессор, на мой взгляд, никто Европе не может дать… Молчание народов Европы при виде начала войны равносильно нравственной безответственности. Вы должны знать профессор, что Павлевич как заноза навсегда остался в сербской народной памяти, как Гитлер навсегда остался в русской народной памяти».

6 июля 1995 года Белов дал развернутое интервью газете «Советская Россия» под названием «Сербов не сломить». В ней писатель, только что вернувшийся из поездки по Боснии, признается: «Конечно, Югославия – просто полигон, на котором отрабатывают методы борьбы с нами. Разница только в том, что сербы сопротивляются с оружием в руках, а мы подняли руки вверх, сдались». Кроме анализа происходящей трагедии, Белов делится и впечатлениями от встреч с братьями-славянами: «Сербы мужественно борются за независимость. Одну неделю солдат на позициях, вторую неделю работает в поле. Это народная армия в полном смысле слова. В городе Баня-Лука мне подарили картину. Сюжет ее трагичен: спустя два года после смерти сына мать находит его останки. Страшное от крика лицо, женщина куда-то бредет, держа в руках череп сына… Вот так и живут: справа – автомат, слева – мольберт. Жизнь не кончается».

Я не раз просил Белова показать ту картину. Он обещал, но случая так и не выпало… Горестная картина прошла мимо. А я тогда писал статью о сербских героях, бросивших вызов кровожадной Америке, и мне нужно было увидеть ту картину, что потрясла Белова.

Следующий материал, который я выслал писателю, также был опубликован в «Советской России». 4 апреля 1998 года Белов написал письмо герою Сербии Радовану Караджичу и сделал его достоянием гласности:

«Дорогой наш друг, Радован, держитесь и не сдавайтесь!

Очередная пощечина России. Итак, дом Радована Караджича, национального героя Сербии, окружен итальянскими и германскими танками. А что такое Гаагский суд? Кто его выбирал? Кто назначал судей?

Этот Шемякин суд назван международным. Но мы-то знаем, кто его назвал так. Это сделали Киссинджеры и бжезинские, заклятые русофобы, ненавистники не только России, но и всего славянства. Перед нелицеприятным судом истории и по сравнению перед судом народов в Нюрнберге этот суд будет выглядеть просто смешно. Сербский город Пале оккупирован немцами, а российские депутаты и вся так называемая думская оппозиция не реагирует. Может, не знают депутаты, как и когда завершилась кровавая борьба с Гитлером и Муссолини? Ведь количество сербов и русских, погибших за нынешнюю свободу Европы, несопоставимо ни с какими потерями: ни с французскими, ни с английскими. Но после Нюрнбергского процесса такой бронированной пощечины еще не получали. Что на очереди?