Кстати, картина «Белая ночь» также была куплена, как и портрет Терентия Мальцева, Государственной Третьяковской галереей.

Мой интерес к Терентию Мальцеву писатель поддержал. Однако сообщил весьма скудные сведения.

Зато в домашнем архиве я нашел небольшую газетную статью, в которой писатель Александр Арцибашев изложил беседу с Василием Беловым о созидательном труде Терентия Мальцева. Беседа весьма давняя, малоизвестная. Но в ней отражено истинное отношение писателя к популярному народному академику.

Белов сказал:

«Истина не новая: подражать кому-либо плохо. И все же, по моему глубокому убеждению, Терентий Семенович Мальцев – один из лучших примеров для подражания во всех отношениях. Он олицетворяет основные черты русского крестьянства: трудолюбие, пытливый ум, доброту и поразительно высокий уровень нравственности. Вспоминаю, с какой сердечной болью он говорил о состоянии нынешней земли (не в смысле планеты, а в смысле колхозной пашни). Сорняки, в изобилии появившиеся на его родных полях, словно бы прорастают сквозь саму его душу, химия, кое-где насквозь пропитавшая почву, ранит сердце.

А как просто и мудро сказал он по поводу повсеместно начавшейся борьбы с алкогольной наркоманией: «Пока пьют сами руководители, с места нам в этом деле не сдвинуться…».

Одно из недавних своих публичных выступлений академик начал с перечисления отцовских наказов, которые услышал он в раннем детстве. То есть еще в прошлом столетии. 1. Не пей. 2. Не кури. 3. Не играй в карты. 4. Не бери в руки охотничьего ружья. Впрочем, эти заповеди существовали по всей России, от Амура до Ладоги. Поэтому три первых правила крестьянского поведения слышал от вологодских стариков и я, рожденный уже при колхозах. А вот четвертое оказалось для меня внове. Вот и спросил Терентия Семеновича, почему его отец считал охоту делом безнравственным? Спросил и тут же устыдился, поскольку это можно было бы и не спрашивать. Все ясно и так. Но Мальцев терпеливо, с бесконечной своей благожелательностью произнес: «Да ведь живое жалеть надо, всему живому хочется жить…»».

Впоследствии кинооператор Анатолий Заболоцкий расскажет мне в деталях, как и о чем беседовал Василий Белов с Терентием Мальцевым. Встреча эта проходила в столичной гостинице «Москва», и Заболоцкий был ее свидетелем. Речь шла не только о земле и ее крестьянских сынах и тружениках, но и о том, о чем написал Александр Арцибашев, – об отцовских заповедях.

Упоминание Беловым в письме реставратора Александра Рыбникова неслучайно. Оно связано с тем, что в предыдущем письме я сообщил ему о нашей с ним поездке к истоку реки Волги и на озеро Селигер. В частности, 23 августа 2005 года я писал: «Завтра еду на два дня с Сашей Рыбниковым к истокам реки Волги. Там меня ждет священник отец Валентин Цвелев. Удивительнейший человек. Он с иконой ходил по сербской земле, когда американцы ее бомбили. Он соорудил плот с церковью и плавал по Волге и другим рекам, и прославлял нашу русскую православную веру. Но за все эти добрые дела, как он мне признался, ему крепко попадало в столичной епархии. Мы дружим давно… Я обещал приехать и посмотреть его храм, а самое главное – заступиться за леса, которые беспощадно вырубаются прямо у родников и у истока Волги. Загляну на озеро Селигер и в древний монастырь, который очень хочет увидеть реставратор Рыбников».