Тут звучит не обида Белова, а констатация факта. Однако, почему Сергею Михалкову удалось добиться постановки пьесы «Князь Александр Невский», а Валерий Ганичев даже не предпринимал попытки? Он и за повесть о композиторе Гаврилине не хлопотал.

Это не он, а Валентин Распутин выпросил у Президента страны денег на поддержку толстых литературных журналов.

У меня давно сложилось впечатление, что Ганичев бездеятельный чиновник. И прежде чем Белов посоветовал мне «на Ганичевых наплевать» я написал Василию Ивановичу два письма, в которых выразил иную претензию к руководителю писательской организации: почему он борется не с западниками и русофобами, а с русскими патриотами?

Первое письмо ушло 13 июля 2005 года. В нем, в частности, говорилось: «В газете «Труд» наши писатели Ганичев и Лыкошин опубликовали открытое письмо ко мне, в котором заступились за Церетели и поддержали его. Это очень меня удивило. Как могут русские писатели и художники не понимать, где исконно национальное и традиционное искусство, а где кич, попса и идолопоклонство? Мы с вами против, и Распутин, и Брюсова, и Ямщиков, и Пашкин, и Крупин, и Лихоносов, и Потанин… А Лыкошин, Лощиц и Ганичев – за. Поясните.»

Второе письмо я написал Белову 2 августа 2005 года. На негото он и прислал этот ответ. Дипломатично напомнил, что раз мы победили Швыдкого, добившись его оставки, и опубликовав книгу-разоблачение о нем, то победим и Церетели. Еще тонко намекнул, что не все писатели и художники за идолопоклонство по Церетели-Ганичеву, есть и народный художник Вячеслав Стекольщиков, и замечательный поэт Сергей Хомутов.

Это второе письмо привожу полностью:

«Дорогой Василий Иванович!

Только что мне принесли газету «Труд», в которой Савелий Ямщиков раскритиковал вдребезги Церетели и ему подобных, а также выступил с резкой критикой всех, кто поддержал строительство памятников Церетели у меня в Борисоглебе. Не Вы ли ему написали о нашей беде? Я ему еще не успел ничего написать, не успел даже позвонить. Он каким-то образом сам догадался, что в Борисоглебе совершается преступление. Ему кто-то все рассказал без меня. Я собрался в сентябре созвониться с ним и заехать к нему поговорить… А тут вдруг такая смелая статья! Я восхищен его честной позицией, откровенностью, он даже поругал тех, кто благословил в Епархии это монументальное убожество.

Есть же в России и смелые, и честные, и почитающие правду патриоты. Но откуда у него вся информация о нашем конфликте? Говорят, именно он остановил строительство памятника русской водке в Угличе (где мы с Вами зимой были) в исполнении еще одного сомнительного скульптора Шемякина.