Теперь читаю пару писем, где Астафьев критикует Белова. Первое письмо адресовано критику Курбатову:

«Теперь о Васе Белове. Я последние его вещи не читал, но читал предпоследние. Тревогу твою вполне разделяю, тем более что сам он абсолютно не знает, что давненько уж находится в творческом кризисе и пишет не то, что ему бог велел, а людей, которые бы ему это сказали иль написали, возле него нету. Вологодские-то люди – лукавые, они и не скажут никакой горькой правды. Сам Вася тоже из вологодских, хвалится, что в институте пять лет жил в одной комнате с человеком и не сказал ему, что он бездарен, а вот мы, нехорошие, такие-сякие, сказали».

Астафьев в разные годы по-разному относился к роману Белова «Все впереди». 6 февраля 1987 года газета «Литературная Россия» опубликовала большую рецензию на этот роман жителя якутского поселка Усть-Нера Валерия Щелегова, доказавшего на ярких примерах, что это произведение – «неординарное явление». Прислал эту рецензию в газету Виктор Астафьев с настоятельной просьбой опубликовать ее. Он писал: «Посылаю статью заочника – литинститутовца, содержание которой полностью соответствует моему отношению и к роману Василия Белова «Все впереди», и к статье критика П. Ульяшова об этом романе. Надеюсь увидеть этот ответ критику на страницах еженедельника «Литературная Россия». Думаю, в пору гласности это было бы только справедливо – познакомить читателей и с другим мнением о романе В. Белова». В дальнейшем Астафьев почему-то изменил свое мнение, видимо, не до конца понял роман Белова «Все впереди». В литературном запале написал, что он плод «творческого кризиса».

Однако тут интересно не столько первое письмо на имя Курбатова, сколько второе, в котором он явно вступает в противоречие с самим собой. Адресовано оно другому критику, литератору с душком западничества В. Лакшину:

«Спроси себя наедине иль в «передовом обчестве» – не было бы гадких евреев в романе Василия Белова, напал ли бы ты на него? Уверен, что нет.

…Я не жаловался тебе на то, что после оскорбительного, провокационного, жидовского письма Эйдельмана самые гнусные анонимки шли через «Знамя» и под его девизом, и ты уже там работал. А ведь это был первый толстый журнал, напечатавший мой рассказ еще в 1959 году. Я такие вещи не забываю и благодарно храню их в памяти, в чем ты легко убедишься, прочитав «Зрячий посох».

Наверное, не письменно надо бы разговаривать, а где-нибудь под навесом, как когда-то у кинотеатра «Россия», но суета, враждебность людей доводят до того, что не хочется уже ни с кем видеться».