«В Иерусалиме, на встрече с тамошними писателями, Виктору Петровичу пришлось вступить в полемику вокруг имени В. Белова. С какой же убежденностью и правдивостью говорил он о таланте Василия Ивановича, о своей вере в этот талант и его будущее, и как искренне кручинился по поводу программных заявлений этого писателя, которого русская литература никогда не сбросит в архив».

Почему некоторым писателям-евреям выгодно приписывать Василию Белову антисемитские взгляды? Да все просто. Весь антисемитизм Белова заключался в том, что как только он заявит, что композитор Гаврилин талантливее композитора Стравинского, музыку Гаврилина по телевидению транслируют один раз в год, а Стравинского – сто раз в год; как только Белов заявит, что книга о войне Бондарева «Горячий снег» правдивее, чем книга Пастернака «Доктор Живаго», о Бондареве за год не будет ни одного упоминания на государственных телеканалах, а о Пастернаке – сотни, так тут же, изо всех еврейских изданий, льются обвинения на Белова в антисемитизме. Но этой болезнью Белов как раз и не страдал.

Читаю самого Виктора Астафьева. В книге писем «Нет мне ответа» он пишет о тех писателях, творчество которых сгубило чинопочитание, и о тех, кто не «целует ручку» власть предержащим:

«Думаю, не без этого урока пересаливают хлеб черствый, едят хрен с квасом, но не пишут на потребу и Вася Белов, и Юра Казаков, и Костя Воробьев, и Володя Сапожников, и тот же Солженицын, и Максимов, и Климент Борисов, множество других – дай им бог дальнейшего мужества и здоровья!».

Астафьев поставил Белова на первое место среди тех, кто «не пишет на потребу», не пресмыкается перед властью и не выполняет их заказов.

Далее пишет так же объективно критику А. Борщаговскому:

«А вы читали ль в № 1 «Севера» повесть Васи Белова «Привычное дело»? Вот эта вещь меня потрясла, хотя и проста она, как земля. Очень советую прочесть, а то ее непременно замолчат в критике и ничего о ней не узнают люди. «Север»-то читает совсем мало народу».

Следом пишет тому же критику:

«Спасибо Вам за добрые слова о моем рассказе. Как я жалею, что видели Вы его очень неполным во всех смыслах. Может, в книжке пройдет? Я оставил так, как хотелось. Но цензура, наверное, не пустит. Книгу Васи Белова в «Советском писателе» цензура задержала и, говорят, крепко задержала».

Чем дальше читаю письма Астафьева, тем чаще встречаю его добрые отзывы о Белове:

«А в Вологде действительно очень небольшая, но крепкая и дружная организация. Здесь живет превосходный прозаик Вася Белов, поэт Коля Рубцов (обязательно достань в библиотеке его сборник «Звезда полей»), Ольга Фокина, Саша Романов, и много на подходе интересных парней».