«Более того, на мой вопрос: “Как же все-таки вы с Тимошенко, имея данные, что противник сосредоточился и занимает исходные данные для наступления, не смогли убедить Сталина в необходимости хотя бы за 2–3 дня до вторжения привести войска в полную боевую готовность и занять позиции согласно плану прикрытия государственной границы?” – Жуков ответил так: “Да, видели, что вот-вот война. Испытывали страшную тревогу. Ежедневно просили его дать такое разрешение. И вместе с тем так верили в Сталина, что полагали: он найдет выход из положения и отодвинет войну”»406.
«Более того, на мой вопрос: “Как же все-таки вы с Тимошенко, имея данные, что противник сосредоточился и занимает исходные данные для наступления, не смогли убедить Сталина в необходимости хотя бы за 2–3 дня до вторжения привести войска в полную боевую готовность и занять позиции согласно плану прикрытия государственной границы?” – Жуков ответил так: “Да, видели, что вот-вот война. Испытывали страшную тревогу. Ежедневно просили его дать такое разрешение. И вместе с тем так верили в Сталина, что полагали: он найдет выход из положения и отодвинет войну”»406.
Надо же, как оба вешают лапшу на уши читателей. Видите ли, каждый день Жуков просил Сталина – и 18-го, и 20, и 21-го просил, да недопросился. А ведь какие авторитеты – маршал Победы с академиком! Простому читателю в голову не придет, что тут ровно наоборот – это Жукову чуть ли не ежедневно ставили задачу привести войска в боеготовность – и 18, и 20, и 21 июня. Результат этого мы уже видели.
Сюда можно добавить членов политбюро ЦК ВКП(б) Хрущева, Микояна и Кагановича, ни словом не обмолвившихся о тех событиях. Один только Молотов весьма близко к правде, но предельно лаконично, не вдаваясь в подробности, обобщил события тех дней:
«…Кирпонос и Кузнецов привели войска в готовность, а Павлов – нет… Военные, как всегда, оказались шляпы».
«…Кирпонос и Кузнецов привели войска в готовность, а Павлов – нет… Военные, как всегда, оказались шляпы».
И вот это молчание ягнят показывает, что именно в руководстве РККА была группа генералов, включая самого Тимошенко, которая вместе с частью политбюро, не понимавшего до конца всей сложности обстановки, и мешала войскам занимать свои позиции и приводить их в боеготовность. Правда, следует разделить эту группу с Тимошенко по тем целям, которыми они при этом руководствовались, но об этом позже. Это же глухое молчание по пунктам 1, 3, 4 говорит о том, что инициатором мероприятий по приведению войск в боеготовность в первую голову было обеспокоенное политическое руководство, прежде всего в лице Сталина.