Будимир 2.18
Из остальных производителей расторгуевского завода наиболее интересным был старик Серебряный. Его купили у Шибаева. Это была исключительная по красоте и породности лошадь, высокого, поистине аристократического происхождения. Имеющийся у меня портрет этого жеребца кисти барона Клодта дает о нем полное представление. Расторгуев и Сахновский сходились в оценке этой лошади, называя Серебряного «патентованным красавцем». Более подробно писать о Серебряном не стану, так как я уже говорил о нем.
Быстрый, к огорчению Варли, не оправдал возлагавшихся на него надежд. Он не создал ни одной первоклассной лошади, но, как это часто бывало в линии Бычка, давал приплод ровного класса. Его дочери, за исключением одной, не сыграли никакой роли в заводе Расторгуева. По себе Быстрый был хорош: в темно-серой, стальной рубашке, с хорошей спиной, сухой и породный.
Замечательной лошадью был Удалой. Когда я расспрашивал о нем, Дмитрий Алексеевич мне сказал: «Не умел я ценить эту замечательную лошадь, мало слушал советов Михаила Ивановича. От Удалого можно было отвести рекордистов. Спохватился я, да поздно!» М.И. Бутович не только купил Расторгуеву Удалого, он настаивал на том, что это будет замечательный производитель. Слова этого знатока оправдались блестяще: Удалой дал Мраморного. Расторгуев мне говорил, что Удалой был идеальной красоты и очень напоминал своего отца Добряка (завода графа И.И. Воронцова-Дашкова), состоявшего производителем у князя Б.А. Черкасского и давшего у него столько выдающихся лошадей. Добряк был сыном знаменитого соллогубовского Добродея. Таким образом, Удалой принадлежал к серым Полканам и был типичным представителем этого дома. Один охотник, видевший Удалого в 1887 году, написал о нем в «Журнале коннозаводства»: «Сам же Удалой наряден, отличается сухой (арабской) головой, веселым глазом, красивым выростом шеи, правильными контурами, гармонией частей, здоровыми конечностями, свободным плечом и энергичными аллюрами. Сила мускульная и цепкость движений, капитальный склад и легкость составляют в нем ту близкую к идеалу амальгаму, которую совместил в себе настоящий рысак. Побольше бы таких лошадей!» Я видел портрет Удалого кисти Чиркина. Судя по нему, Удалой был лошадью изумительной красоты. Его заводская деятельность протекала при неблагоприятных условиях: во-первых, в Тарыгове, а не в Стебаеве; во-вторых, когда завод только начал разворачиваться и Расторгуев был неопытным коннозаводчиком. Удалой имел очень ограниченное число маток и тем не менее создал одну из классных лошадей своего времени – Мраморного 2.23,1, а также Ермака 5.02½, Моряка 5.02,3 и других. Мраморный, как и его отец Удалой, был удивительной красоты. С конюшни Коноплина он был продан в город за 3500 рублей – цена по тем временам исключительная. В городе он ходил чуть ли не до 18 лет. Приехав однажды в Москву, княжна А.С. Голицына случайно увидела Мраморного в запряжке и взяла его на год в аренду. У нее в заводе родилась от Мраморного Не-Измени 2.14, после чего Мраморный вновь вернулся к своему владельцу, городскому охотнику.