Независимо от активного участия в разрешении многих нараставших внутренних трудностей и активности в международных делах в центре внимания Гомулки всегда оставался немецкий вопрос. Необходимость в этом имелась, особенно когда в 1969 г. снова начали нарастать симптомы, свидетельствовавшие о неустойчивости позиции СССР по некоторым жизненно важным для Польши аспектам этого вопроса.

В руководстве СССР и его политическом окружении не было единой позиции, касавшейся текущих задач в отношениях с ФРГ и в целом роли ФРГ в менявшейся расстановке сил в мире. Если говорить в самом общем плане, то в вопросе об отношениях с Западом в Советском Союзе сформировались два основных варианта стратегии. Сторонники первого считали, что советская политика должна сосредоточиваться на улучшении отношений с США, самой сильной мировой державой, которая принимает решения о действиях всего Запада. Касательно же ФРГ, приверженцы этого варианта полагали следующее: реальный суверенитет Западной Германии настолько ограничен, что никакие советские усилия не будут иметь существенного влияния на изменение ее геополитического положения. Сторонники второго варианта, которых мы называли пронемецкой фракцией, хотя и отводили взаимодействию с США основное место, но одновременно подчеркивали, что улучшение советско-западногерманских отношений, их расширение будут напрямую служить ослаблению позиции Соединенных Штатов в Европе, в чем видели главное условие изменений в мировой расстановке сил в пользу СССР. Персональная ориентация на какой-либо из двух вариантов была не только не очень ясной, но явно изменчивой, поскольку в значительной степени зависела от взглядов членов высшего руководства, в первую очередь самого Брежнева.

Чехословацкий кризис усилил позиции сторонников обоих вариантов. Те, кто видел возможность решить внешние проблемы и реализовать устремления СССР, развивая отношения с США, приводили в качестве аргумента реакцию Соединенных Штатов на военную интервенцию в Чехословакию, которая показала, что Вашингтон считает сферу советского влияния в Европе незыблемой. Это создает благоприятную исходную позицию для усиления давления на ФРГ с целью формального признания ею реальностей послевоенной Европы. Выступавшие за пронемецкий вариант, однако, утверждали, что после чехословацких событий Советский Союз будет в течение длительного времени подвергаться обструкции со стороны западных государств, и это весьма затруднит реализацию его планов во внутренней и внешней политике. Самый простой и быстрый способ переломить данную ситуацию, считали они, – кардинально улучшить отношения с ФРГ, используя нараставшее в стране разочарование слабой результативностью американской внешней политики и ее непригодностью для достижения немцами своих национальных целей. Срочное заключение предлагавшегося с 1967 г. властями ФРГ соглашения о неприменении силы рассматривалось как инструмент, способный оживить в стране надежду на большую уступчивость СССР в отношении других немецких намерений.