Я сказала, что теперь «всякий будет лучше Керенского». Да, «всякий» лучше для борьбы с контр-революцией, т. е. с большевиками. Чернов – объект борьбы: он сам – контрреволюция, как бы сам большевик.
«Краса и гордость» непрерывно орет, что она «спасла» Временное Правительство, чтобы этого не забывали и по гроб жизни были ей благодарны. Кто, собственно, благодарен – неизвестно, ибо никакого прежнего Правительства уже и нет, один Керенский. А Керенского эта «краса», отнюдь не скрываясь, хочет съесть.
Петербург в одну неделю сделался неузнаваем. Уж был хорош! – но теперь он воистину страшен. В мокрой черноте кишат, – буквально, – серые горы солдатского мяса; расхлястанные, грегочущие и торжествующие… люди? Абсолютно праздные, никуда не идущие даже, а так шатающиеся и стоящие, распущенно-самодовольные.
«Газета для всех», 8 сентября
«Газета для всех», 8 сентября
Прежде и теперь.
Прежде.
Захворает обыватель, приключится с ним в ночь-полночь «кондрашка», бежали в первую попавшуюся аптеку, приглашали врача; там были всегда ночные дежурства.
Теперь.
Умирает свободный гражданин на квартире; родные, знакомые бегут в аптеку, но она заперта, а на дверях лоскуток бумажки с надписью: Сегодня дежурство N-й аптеки.
Установлены поочередные дежурства… Пока бежали с версту в дежурную аптеку, больной «испустил дух».
Прежде.
Хотя на углах и стояли ненавистные «фараоны», но по улицам обыватель шел и был без страхового общества защищен от опасности. Ломовые правой стороны держались, над лошадьми не потешались…
Теперь.
Гражданин идет, а его того и гляди ломовой с ног сшибет… Лошадей гонят во всю, порядка не соблюдают, в несколько линий «стегают»… Мчатся «порожнем» на спор: чья лошадь быстрее бежит… Граждане в испуге шарахаются, детишки, идущие в школу мечутся из стороны в сторону… Как им перейти опасную мостовую?..
А товарищ милиционер с молодыми метельщицами «заигрывает», «лясы» точит… С папироской в зубах ухмыляется…
Прежде.
Пьяный обыватель в сад Александровский забредет и себе девиц найдет…
Но «дух» и сторож тут как тут, и обоих в часть – сперва-наперво вытрезвиться, а после – к мировому… Обвинение – «бесстыжие действия»… По головке не гладили, а в Титы «зал аживал и»…
Теперь.