А. В. Орешников, 30 января
А. В. Орешников, 30 января
Большевики, отказываясь от подписания мирного договора, объявили прекращение войны с воюющими державами! Ничего не понимаю. Судя по газетам, большевистские войска внутри России всюду побеждают.
М. С. Чевеков, 30 января
М. С. Чевеков, 30 января
Участок отобран, мельница взята большевиками, имущество отбирают. <…> Были богаты, теперь почти нищие.
Февраль
Февраль
Ю. В. Готье, 14 февраля
Ю. В. Готье, 14 февраля
1 или 14 февраля. Не знаю – пока пишу оба числа; готов приветствовать это первое здравое изменение, проведенное большевиками. Сегодня мы закладывали свое серебро, которое лежало на хранении в ссудной казне; нам казалось, что лучше что-либо получить под залог его, ибо дома его держать нельзя, а если его оставить там без залога, то дождешься его конфискации. Оказалось, что ссудная казна теперь арена действий исключительно буржуев, которые закладывают то немногое, что у них осталось. Мир, заключенный радой и не заключенный большевиками, производит большое впечатление; об этом говорят и предвидят всяческое зло, так как немцы сделают Малороссию объектом своих вожделений.
М. Д. Соколов, 15 февраля
М. Д. Соколов, 15 февраля
На Дону неблагополучно. Наказной атаман генерал Каледин застрелился, о чем радостно извещают большевистский официоз «Известия». Издания других газет у нас в Саратове не допускаются под страхом тяжкой кары. Московских газет еще нет, поэтому подтвердить это известие нечем. По-видимому, Дон разъедается ядовитыми удушливыми газами большевизма.
М. С. Чевеков, 16 февраля
М. С. Чевеков, 16 февраля
В селе Тиликовке Самарской губернии (где моя родина) был принудительный заем не только с богатых но и с средних крестьян; «работали» с 1 часа ночи до 5 часов утра и набрали 25 тысяч рублей. Кто не давал то тех большевики секли до полусмерти. Сплошной ужас!
Плач на все село.
Скоро ли сметут этих проклятых жуликов.