В картине Алексея Учителя «Матильда» (2017) балерина ставит под сомнение не только высокое значение искусства балета, уравнивая театр с публичным домом в буквальном смысле этого слова²⁷⁸, но и жизнеспособность государственной системы, чей духовной скрепой на протяжении долгих лет советской власти она являлась. Из-за танцовщицы Матильды (Михалина Ольшаньская) Николай II (Ларс Айдингер), по идее режиссера, во время своей коронации теряет сознание от нахлынувших чувств к бывшей возлюбленной, роняя с венценосной головы на пол императорскую корону, символ верховной власти, и цепь с орденом Андрея Первозванного. В купе с фразой, брошенной в начале фильма Александром III (Сергей Гармаш) на дне рождении Ники, что «Россию надо держать», и трясущимся по старости и болезни кулаком, показывающим как.

Если в немецком кинематографе 1920-х годов на распутье между хаосом и порядком стояла душа типичного бюргера, разрывавшаяся между патриархальным укладом жизни, маркером которого был образ матери/жены, и улицей, где царят неуправляемые инстинкты и стремление к свободе, олицетворением которых была проститутка, то в фильме А. Учителя 2017 года таким персонажем становится будущий российский император Николай II, колеблющийся между долгом и желанием, а в реальности не способный к действию руководитель страны, ввергающий свой народ из-за собственной халатности в кровавую трагедию на Ходынском поле. Является ли такая трактовка исторических событий арт-провокацией со стороны режиссера, однозначно сказать сложно. Вполне вероятно, она прочитывается только из контекста проведенного исследования и относится к значениям, которые сознательно и не вкладывались автором в его произведение, а возникли помимо его воли. Цесаревич в фильме оказывается тем самым «типичным бюргером», который разрывается между «бунтом и раболепством», стремлением к свободе от общепринятых норм и приверженностью порядку вещей, сохраняемому уже несколько столетий благодаря династии Романовых. Через его душевные метания с киноэкрана транслируется запрос общества «типичных бюргеров», в которых превратился российский народ в постсоветское время, на перемены в существующем мироустройстве в рамках хотя бы своей страны в попытке вырваться из тисков авторитарного режима.

Матильда Кшесинская предстает в фильме типичной femme fatale (в эпизоде, где она учится крутить 32 фуэте, она одета как Мюзидора²⁷⁹ — в черное облегающее трико). Матильда — наваждение, сулящее радость и свободу от гнета социальных норм и порядка, влечет к себе мужчин, во взаимодействии с подобной женщиной стремящихся прикоснуться к своей инстинктивной природе, к своей самости. Великий князь Андрей Владимирович (Григорий Добрыгин) на вопрос Ники, какой подарок он приготовил Матильде, отвечает: «Свою жизнь! А то можно ее прожить, не узнав, кто ты на самом деле». И тогда будущий император заявляет, что он тоже хочет попробовать узнать себя. Чтобы передать демоническую силу Матильды, способную заставить мужчин потерять от любви голову, режиссер прибегает к образу Лои Фуллер²⁸⁰, американской танцовщицы, основательницы танца модерн.