Все давало повод к тревоге, все пугало людей, и все было пустячным, безобидным. Пьянчуги и бродяги, сельчане, возвращавшиеся с работы, гости, съезжавшиеся на свадьбу, поденщики и батраки, ночные гуляки и браконьеры, уличные драчуны и лесные егеря — любой из них, внезапно появившись у окраинного дома, мог переполошить деревню. Спасались тогда быстрее, чем думали, от чего следует спасаться.

Звуки колокола бесследно стекали в эту сеть дней, как вода в решето. В сухом остатке оказывались отдельные фигуры, приглянувшиеся не случайно: воры, контрабандисты, обозленные неудачники, готовые на все.

Но такой улов был исключением из правил. И вновь односельчан поднимали ночью по тревоге только потому, что до кого-то донесся шум из леса, кто-то перепугался проехавшей мимо телеги, а мирную поступь коров принял за топот разбойничьей конницы. Воевать приходилось не с людьми, а с собственными фантазиями. В атмосфере паранойи, охватившей тогда сельские общины, любой пустяк мог вызвать взрыв.

В окрестности Ангулема, например, тысячи крестьян схватились за оружие после того, как увидели вдали облако пыли. В Шампани отряд самообороны был поднят по тревоге, когда в лесу заметили подозрительное движение. Разбойниками оказались чьи-то отбившиеся коровы.

Фантазии же, как и слухи, распространялись тогда, без телеграфа и телефона, с невероятной скоростью. Казалось, ничто не может быть им преградой. Они легко перелетали из одного населенного пункта в другой. Почта была именно что «устной». Простые люди не рассылали письма, чтобы поделиться своими страхами, а сообщали обо всем при встрече. Чем тревожнее была фантазия, тем быстрее спешили ею поделиться. Сбивчивого рассказа мужчины из соседней деревни, а то и отчаянного крика, раздавшегося в ночи, было достаточно, чтобы паника огненной дорожкой протянулась из деревни в деревню.

Вот одна из историй тех дней, случившаяся в Конфолане, в 70 километрах южнее Пуатье (процитируем сохранившуюся запись):

«Мельник, пришедший из местечка Сен-Мишель, наткнулся на пильщика досок, который спешил домой, чтобы взять ружье. Он слышал, что в Сен-Жорже прибыли жандармы, и нужно помочь им справиться с разбойниками. Пильщик велел мельнику седлать лошадей и немедленно оповестить жителей ближайшего городка. „Не бойтесь! — ответил мельник. — Люди и так соберутся!“ Тут же он засеменил прочь и стал призывать жителей деревни взяться за оружие. Но никаких жандармов, попавших в беду, не было, как не было и разбойников в округе. Обоих, и мельника, и пильщика, за распространение ложных слухов бросили в тюрьму».