Документальная литератураС кем и против кого воевали украинские националисты в годы Второй мировой войны. Историческая публицистикастр 356
Светлый фон
«В целом большой сбор широко очертил положение в Украине, задачи националистического движения на данном этапе. Пытаясь как-то изменить, приспособить основные положения ОУН к новым условиям, к необходимости „войти“ в сознание закоммунизованного украинского общества за Збручем, его руководители и участники допустили введение в программу ОУН ряда демократических и даже социалистических положений. Это был сознательный оппортунизм, это, скорее, было искреннее желание, сделав „гибкой“ идеологию национализма, помочь общему развитию и консолидации украинского общества, как можно скорее включить в национальные процессы население Центральной и Восточной Украины. Однако, как показали уже ближайшие события, такие „уступки“ в сфере идеологии, даже психологии националистического движения очень скоро нанесли ему вред, ппривели к заблуждениям. Ещё1 и сегодня маститые от пера из разных лагерей обращаются к постановлениям III-го большого сбора ОУН 1943 года, отыскивая в них „своё“. Те, что хотят обвинить ОУН в „тоталитаризме“ и „казарменном социализме“, находят там соответствующие моменты. Те, кто хотят перетащить ОУН на рельсы демократизма и либерализма, находят там и такие моменты».

Зря автор так драматизирует ситуацию. Все это делает не кто-то «другой», а сами националисты. И всё это закономерно. Потому что всем так хочется реабилитировать себя перед нынешним созидающим украинским государством, верх берут разные по мыслям и фантазии мифы и легенды, а не историческая правда.

А. Батан же видит в этом (даже в возражениях В. Иванишина, представленных выше) лишь проявление «слабости», «непоследовательности» в отстаивании националистической идеи. Тому, конечно, не нравятся «ревизионистские» решения III-го «большого» сбора ОУН-б. Поэтому он и пытается объяснить, почему так некстати это произошло. Прежде всего, объясняет он, потому что на решениях «сказалось отсутствие целого ряда ведущих кадров», которые были в тюрьмах (С. Бандера, Я. Стецько, С. Ленкавский и др.), или погибли (И. Климов, Д. Мирон), во-вторых, «чрезмерным желанием приспособить идеологию национализма к новым условиям». Автор не учитывает того, что, когда проходил III-й сбор ОУН-б, где говорилось о «приспособлении к условиям», об учете настроений населения Центральной и Восточной Украины, Советская Армия уже освободила от гитлеровцев Чернигов, Харьков, вела бои на подступах к Сумам и Донецку.

В то же время остается непонятной и такая позиция автора. Те «ведущие кадры», которые не сидели в комфортабельных апартаментах в «Целленбау», а, в результате проведения акций в крае, где они воплощали постановления III-го сбора ОУН-бандеровцев, различные там Волошины, Полтавские, Позычанюки и др. погибали в круговороте войны. И господину Батану хорошо известно, что никто из рядовых оуновцев (а тем более из боевиков УПА) совершенно не знал об этих «демократических» решениях. И никто не собирался те постановления выполнять.