Эта аморальность, фанатизм, «творческое насилие», агрессивность в доктрине Донцова быстро дали о себе знать. «Волей, а не политическими расчетами, – продолжает Виктор Полищук, – не умом вызвала ОУН к жизни УПА, послав вперед на Волынь своих опытных фанатиков – организаторов террора, направленного сначала против мирного волынского крестьянина-украинца. Коварством и террором ОУН втянула волынских крестьян в массовые убийства поляков, а тех, кто не подчинялся ОУН в лице её службы безопасности, тех украинцев вместе с семьями тоже уничтожали. Из бездоказательных порывов УПА превратилась в армию резателей, поджигателей, которые истребляли население в то время, когда две многомиллионные силы решали судьбу войны». И тут же добавляет: «Д. Донцов возвращает время в эпоху дикости, когда обществом руководил не разум, интеллект, а только воля к жизни – как слепое движение, как зоологическая ненависть. И что же, он ввергнул очень многих в состояние дикости, доказательством чего и была, собственно, деятельность ОУН-УПА, в частности – от 1942 года, а в отдельных случаях – и раньше. Ведь умный человек, когда даже убивает предполагаемого врага, не „метит“ жертву – не выкалывает ей глазам, не отрезает язык».