В том, где появился вирус, не было ничего удивительного. Мы уже отмечали, что немалая доля пандемий, случившихся в истории, зарождалась в Азии и особенно в Китае. Но в августе 2020 года еще оставалось неясным, что именно произошло в Ухане. По сообщениям западной прессы, в 2018 году американских дипломатов встревожили проблемы с безопасностью в Уханьском институте вирусологии. Там уже несколько лет Ши Чжэнли занималась исследованием коронавирусов у летучих мышей. Беспокоила и обстановка в Уханьском центре по контролю и профилактике заболеваний, расположенном неподалеку[1017]. Впрочем, китайское правительство упрямо повторяло, что первая вспышка произошла на рынке Хуанань — он называется рынком «морепродуктов», хотя на самом деле там продаются живьем всевозможные дикие животные[1018]. В любом случае не существовало никаких свидетельств, позволяющих предположить, будто вирус имеет искусственное происхождение. Это была обычная зоонозная передача — вирус снова, в который раз в истории, перешел от животных к людям. Вероятно, роль резервуарного хозяина здесь сыграл азиатский подковонос Rhinolophus affinis; и может быть, своеобразным «мостиком» стали ввезенные в Китай малайские панголины. А потом, когда вирус начал передаваться от человека к человеку, он мог мутировать и дальше[1019].

Если бы китайские власти действовали быстро и ничего не утаивали, катастрофы, возможно, удалось бы избежать[1020]. У «нулевого пациента» в Ухане (никак не связанного с рынком Хуанань) первые симптомы появились 1 декабря. Пять дней спустя уже у другого человека (на этот раз связанного с рынком) проявились симптомы недомогания, похожего на пневмонию, а потом заболела и его жена. Это позволяло предположить передачу вируса от человека к человеку. Впоследствии оказалось, что в декабре произошло 104 случая заболевания и пятнадцать смертей; из числа тех, кто заболел первыми (41 человек), умерли шестеро[1021]. И тем не менее Комиссия здравоохранения Уханя (Wuhan Health Commission, WHC) продлила волокиту на целый месяц. Местные врачи, те же Чжан Цзисянь и Ли Вэньлян, заметили нечто странное во внезапном возрастании нестандартных случаев пневмонии, но Ли (высказавший в WeChat предположение о том, что это, возможно, SARS) получил выговор за распространение «ложных слухов» и был вынужден отказаться от своих слов. (Он умер от COVID-19 7 февраля.) В официальном китайском докладе, отправленном в ВОЗ 31 декабря, признавалось, что в Ухане зафиксирована определенная концентрация случаев вирусной пневмонии неизвестной этиологии, но также утверждалось, что «нет четких доказательств», что вирус передается от человека к человеку. Правительство заявило, что «болезнь можно предотвратить и контролировать». Утаивание продолжалось даже после того, как 11 января было объявлено о первой смерти от нового вируса (жертвой стал 61-летний мужчина: он скончался двумя днями раньше). Врачам велели молчать, в социальных медиа ввели цензуру. 10 января Ван Гуанфа, уважаемый врач из Пекина, сказал, что вспышка «под контролем» и заболеванию по большей части характерно «легкое течение». Пока политические лидеры Уханя и провинции Хубэй готовились к ежегодным собраниям, WHC искусственно занижала число заболевших и раз за разом преуменьшала риск заражения. Кроме того, власти Уханя разрешили проводить массовые мероприятия в преддверии китайского Нового года.