Кроме того, данные действия германского правительства не достигли и основной их цели – удовлетворения союзников. 10 октября в ответ на предпринятые против собственных войск меры и на повторную просьбу о скорейшем формировании смешанной комиссии по выводу войск они холодно констатировали целесообразность принятых мер и повторили заявление, что промедление с эвакуацией со стороны Германии было намеренным. Прекращение предпринятых штрафных мер было поставлено в зависимость от отчетов тогда еще даже не существовавшей комиссии, то есть отложено на совершенно неопределенный срок. Уже тогда надо было усомниться в том, что можно будет чего-либо добиться отказом нести ответственность за войска, уже перешедшие на службу в Западную русскую армию, на фоне столь жестко проводимой позиции. Позднее Антанта и отправленная ею комиссия отклоняли всякие намеки в этом духе.

Командующий корпусом, а также и 1-й офицер Генштаба 6-го резервного корпуса в личных письмах к начальнику штаба и 1-му офицеру Генштаба командования 3-й группы рейхсвера[348] высказали свои серьезнейшие сомнения против такого образа действий. Граф фон дер Гольц указывал, что уже последовавший переход германских войск на русскую службу на основании телеграммы от 26 сентября столь укрепил позиции русских в Латвии и Литве, что Западнорусское правительство сможет привлечь под русский флаг и окраинные государства, гарантировав им автономию, а также выпустит собственную валюту, обеспеченную лесными богатствами. Вывоз германских частей и вышедших из состава русских частей германских граждан уже идет, но полное прекращение (немецко-русского проекта) уже невозможно. Германские войска отправляются ежедневно и находятся в резерве лишь на случай неудачи. Сам он хотел бы остаться за кулисами, чтобы не вносить беспокойство в войска. Все остальное же идет через Западнорусское правительство. Он готов положить всего себя на благо великой цели спасения Германии из антантовского угнетения.

Предпосылками успеха он называл: 1. Деньги, 2. Военные успехи, 3. Подвоз любого рода, особенно обмундирования и маркитантских товаров, 4. Несколько старших офицеров Генштаба, 5. Успокоение Антанты, которая «не будет негативно относиться к Западнорусскому правительству при неучастии и отзыве германских войск».

Вскоре, однако, выяснилось, что такое мнение было слишком оптимистичным. Граф Гольц в выше приведенном письме сам вынужден был упомянуть сообщение майора фон Кесслера, что никакого снабжения для русских корпусов из Германии не допустят. Он добавил, что из-за этого в ноябре корпуса развалятся.