Всего с 1944-го по 1953 г. органами внутренних дел и госбезопасности Эстонской ССР было арестовано около 26–27 тысяч человек, большая часть из которых была осуждена к заключению в лагеря и колонии ГУЛАГа. Утверждения эстонских историков о том, что арестованных было от 30 до 53 тысяч, противоречат архивным данным и являются ложными.

Кроме того, в рамках борьбы с вооруженным националистическим подпольем в марте 1949 г. советскими властями была проведена массовая депортация, в ходе которой в отдаленные районы СССР на поселение было выслано около 20,5 тысячи человек. Эта достаточно жесткая операция подорвала социальную базу «лесных братьев» и способствовала прекращению развернутого ими террора против поддерживавших советскую власть эстонцев.

В отличие от периода 1941–1944 гг. смертность среди заключенных системы ГУЛАГа и спецпоселенцев была на низком уровне. После отбытия заключения большинство осужденных в 1944–1953 гг. эстонцев было благополучно освобождено. Освобождены были и находившиеся на спец-поселении депортированные.

Таким образом, репрессии 1944–1953 гг. затронули около 5–6% населения Эстонии, причем большая часть репрессированных впоследствии благополучно вернулась на родину. Утверждать, что в послевоенной Эстонии имел место геноцид, невозможно.

Заключение

Заключение

Результаты многолетней деятельности эстонских историков на первый взгляд выглядят замечательно. За последние 15 лет в Таллине и Тарту был издан целый ряд работ о «советской оккупации», трудолюбиво переведенных на английский и русский языки. На основании этих работ эстонские политики выдвигают претензии к России; Европарламент и Конгресс США принимают резолюции, осуждающие «советскую оккупацию» Прибалтики в целом и Эстонии в частности.

Проблема заключается в том, что официальная эстонская историография советских репрессий в Эстонии не может быть названа научной в полном смысле этого слова. Эстонские историки используют наработки нацистской пропаганды времен Второй мировой войны в качестве достоверных источников, игнорируют данные документов НКВД-МГБ СССР, жонглируют цифрами и даже идут на явные фальсификации. Все это естественно в работе пропагандистов, однако с точки зрения элементарной научной порядочности подобные методы исследования не могут быть оправданы.

Наиболее масштабно искажается период т. н. «первой советской оккупации» (с июня 1940-го до осени 1941 г.). Официальная версия, настойчиво продвигаемая эстонскими историками и политикам на международной арене, гласит, что после присоединения Эстонии к Советскому Союзу в республике немедленно был развернут беспричинный и массовый террор. Именно этим, говорят нам из Таллина, объясняется то, что эстонцы радостно встречали немецкие войска и более чем активно участвовали в карательных операциях на всей оккупированной советской территории — от Ленинградской области на севере до Сталинградской на юге.