Такая «толерантность» вызывала в народе чувство протеста. Раньше, когда День народного единства отмечали 7 ноября, он всегда сопровождался демонстрациями коммунистов. Когда праздник перенесли на 4 ноября, коммунистические выступления 7 ноября все равно сохранились (с годами в партии все больший процент составляли пенсионеры — им было все равно, выходной день или рабочий). Но 4 ноября добавились «Русские марши» националистических и радикальных патриотических организаций. Дошло и до терактов. 21 августа 2006 г. группа из организации «Спас» взорвала самодельную бомбу в эпицентре бизнеса мигрантов и гнойнике их преступности — на Черкизовском рынке в Москве. Целью ставилось напугать пришлых гостей, остановить их приток. Погибли 14 человек, в том числе и русские, и двое детей, 61 был ранен. 6 террористов вычислили, осудили (из них 4 к пожизненному заключению). Хотя в данном случае стоит иметь в виду, что как раз среди крайних националистов и ультра-патриотов было полно провокаторов. Если копнуть, можно было обнаружить, что самые «боевые» организации, созывающие людей на «Русские марши», финансируются кругами совсем не русскими и далекими от патриотизма.

Всплескивало и казачество. Власть его, вроде бы, поддерживала. В 2005 г. после долгих проволочек был наконец-то принят Федеральный закон о казачестве, определивший для казаков некоторые права, государственные обязанности. Но фактически он еще больше запутал ситуацию. Потому что механизмы реализации этих прав и обязанностей остались абсолютно неопределенными. Закон касался только казаков, внесенных в государственный реестр, — и пошла свистопляска с этими реестрами. В них то набирали казаков, то сокращали, то регистрировали, то перерегистрировали. Расширяли обычно перед выборными кампаниями. А потом казаки оказывались ненужными. Те, кто сперва воодушевился, плевали на это дело и бросали его. Другие как были «ряжеными», так и оставались ими. Зато в казачестве появлялись свои «жуки», умеющие «пилить бабло» из выделяемых средств. Или, допустим, получать землю под «казачьи общины», а потом менять ее статус и продавать под застройку. Когда министерство обороны согласилось на эксперимент, предоставить Центральному казачьему войску единственный разведывательный батальон в Кантемировской дивизии, чтобы он комплектовался из призывников, подготовленных казачьими организациями, многочисленное «войско» оказалось на такое не способно.

Однако кое-что в России менялось и к лучшему. После дела Ходорковского крупные бизнесмены сочли за лучшее все-таки платить налоги. В 2004 г. их сбор подскочил аж в 2,5 раза по сравнению с 2003 г. Возвращение государством крупнейших нефтяных компаний и высокие мировые цены на нефть приносили в бюджет большие прибыли. В 2004 г. по инициативе президента был создан Стабилизационный фонд. Был накоплен третий по величине золотовалютный запас (после Китая и Японии). Снова оживились малые и средние частные предприятия. Об уровне доходов населения и уровне бедности можно спорить, поскольку методики их подсчета не вызывают доверия. Но оборот розничной торговли за первые два срока правления Путина вырос аж в 6 раз. Значит, покупателям было чем платить. На 11 % снизился уровень преступности, на 54 % число убийств, на 41 % — самоубийств, на 49 % — число спившихся и умерших от алкоголя.