Но не забылось. Через пару месяцев тот же термин получил не только культурное, но и политическое содержание. В Мюнхене состоялась Конференция по вопросам политики безопасности, и 10 февраля 2007 г. Путин произнес речь, вогнавшую западные державы в настоящий шок. Он вдруг заговорил, что для современного мира однополярная модель неприемлема и невозможна. Указал, что система права одного государства, США, перешагнула свои национальные границы — и в экономике, и в политике, и в гуманитарной сфере она навязывается другим странам. Что обещания, которые давались при роспуске Варшавского договора, о нерасширении НАТО на восток, были нарушены, базы США и их союзников выдвигаются к нашим границам. Договор об ограничении вооруженных сил в Европе тоже нарушен, а ОБСЕ превратилась в вульгарный инструмент вмешательства в чужие дела. Президент предупредил, что Россия — страна с тысячелетней историей, всегда проводила независимую политику и впредь не собирается менять этого, а на нарушения договоров будет реагировать.

Речь вызвала бурю возмущений. Впрочем, больше недоумений и издевок. Уже привыкли, что Россия соглашается с американскими мнениями, подстраивается к ним. В крайнем случае помалкивает, «знает свое место». Американские делегаты обвинили Путина в «самых агрессивных выражениях со времен холодной войны». Министр иностранных дел Чехии насмехался: «Мы должны поблагодарить президента Путина, который не только хорошо позаботился о публичности этой конференции — больше, чем ожидалось, но и который ясно и убедительно доказал, почему НАТО должно расширяться». А российские либеральные политологи расценивали выступление президента как грубейшую ошибку. Сокрушались, что он хотел припугнуть Запад своей откровенностью, вызвать шаги навстречу, но получил обратный эффект.

Впрочем, многие и не восприняли речь Путина всерьез, считали чисто декларативным и рекламным шагом. Сказал одно, а делать будет другое. Казалось бы, вскоре это получило подтверждение. Президент внес в Совет Федерации прежний, еще ельцинский договор о сотрудничестве с НАТО. «Единая Россия» обеспечила нужное голосование, и 7 июня Путин подписал федеральный закон № 99 «О ратификации соглашения между государствами — участниками Североатлантического договора и другими государствами, участвующими в программе „Партнерство ради мира“, о статусе Сил от 19 июня 1995 года и Дополнительного протокола к нему».

Позже этот договор подвергся ярой критике деятелей патриотического направления, вроде генерала Ивашова. Его квалифицировали как «предательский», поскольку текст документа теоретически допускал присутствие контингентов НАТО на территории России, юридически определял взаимоотношения с ними. Хотя такая оценка, разумеется, была «передергиванием». Договор касался не любых произвольных отношений, а программы «Партнерство во имя мира», в которой участвовала Россия (в том числе в Югославии). Каждый раз совместные операции оговаривались отдельными соглашениями. А в данное время как раз шли переговоры о транзите воинских частей и грузов НАТО через Россию в Афганистан.