Есть! В проёме между двух кустов медленно двигается не прозрачный силуэт в панаме. Н-н-на! Очередь патронов на семь и силуэт исчез! Тут же в мою сторону начали стрелять, но именно, что в сторону звука выстрела, а не в меня, вспышки-то у меня нет. И тут же короткая пулемётная очередь прервала стрельбу ровно на секунду, опять стрельба, только теперь в другую сторону. Сука! Я встаю, автомат вжимаю в плечо, аккуратно перебирая ногами, бегу в сторону стреляющего и бью длинными очередями на вспышку, трассер! Сука! Последние три патрона и всё! А я его уже вижу, вот он автомат поднимает в мою сторону, вроде даже. Мой автомат падает и не успевает повиснуть на ремне, а я уже выхватил пистолет, одновременно с этим упав на колено и в сторону, максимально сократив свой несчастный силуэт и убрав его вниз-влево. Дважды по два выстрелил в силуэт. Тень исчезла, а я упал и перекатился в сторону. Магазин из автомата в сумку для сброса, из подсумка новую спарку магазинов её в горловину, так, взводим. Всё. Опять готов! Отползаю ещё назад и всё замереть.

Тишина. Я не шевелюсь. Где пятеро там и шестеро и семеро и весь взвод. Ждём. Тут не заснуть бы. А то ведь есть такие мысли. Хоть и адреналина в крови море, но он уже не помогает, сон просто накатывает на мозг. Пофиг. Лежим, ждём и терпим. Тут кто первым пошевелится. Минута идёт за минутой. По мне ползают какие-то насекомые, которых особо не видно в темноте. Тоже ведь забавно. Вот меж деревьев видно всё, ну не очень, но видно, а вот тут внизу, хоть глаз коли. А я до боли в глазах всматриваюсь в ночь. Ждём. Сколько ждать-то? Вон на трупы уже навелись местные жители. По крайне мере в том секторе, в который я стрелял заметил движение. Но судя по размерам движущегося тельца, там что-то вроде рыси. Я пролежал с час. Но движений или даже намёков на движение не увидел. Теперь можно идти к лагерю и разносить там всё что можно и нельзя и захватывать транспорт. Нет, я понимаю, что тихо не получилось, но делать нечего.

— Канат — сказал я тихо, готовясь прыгнуть назад или в сторону, если в меня начнут стрелять. Тишина.

— Канат, тут Игорь, на связь — повторил я запрос чуть громче. Тишина. В груди начал подниматься не приятный холод.

— Канат, на связь, сука узкоглазая! — шипя разъярённым котом, я перевернулся и достал рацию, проверить. Нет, всё цело и работает. Вызов уходит. Но ни кто не отвечает. Сука!

Канат, мать твою казахскую! Или тюркскую! Я вскакиваю, уже не сильно переживая и бегу в сторону откуда в последний раз видел вспышки его пулемёта. Фонарик в руку. Но тут же одумываюсь. Сначала туда, к первому, в которого я палил. Там приметное место, пару деревьев в раскос стоят и те два куста в просвете которых я того в панаме и увидел. Где он? Где? Так, кусты, а вот и жмурик, даже контроль не нужен верхушки черепа нет. Вместе с черепом, пули разнесли прекрасные ночные очки, эх…а ведь пригодилось бы. Ладно, этот есть. Бегу через тропку искать второго, но быстро плюю на это, если бы он был жив, я бы уже был мёртв, а значит, ищем Каната.