Василий не стал рисковать своей седой головой, чтобы первым делом броситься сломя голову предупредить молодую хозяйку. Калитка освободилась от замка, и Тамара чуть ли не сама увлекла волхва за собой. Входные двери уже были распахнуты, и старик, ожидая гостей, поклонился при виде девушки. На Никиту лишь зло зыркнул, от которого он подспудно всегда ждал больших проблем, не одобряя выбор Ларисы Георгиевны.

Никита помог Тамаре снять шубу и сам повесил на массивную трехногую вешалку. Пока сам раздевался, княжна уже решительным шагом направилась в ярко освещенную залу. Волхв поспешил следом, чувствуя, что начинается самое интересное.

При виде Тамары до того сидевшая на диване Лариса, неожиданно скромно одетая в джинсы и белую рубашку навыпуск, мгновенно подобралась и вскочила, легонько склонив голову, приветствуя высокую гостью. Молодой парень, которого Никита никогда не видел, изменился в лице, увидев, кто появился, но также проявил уважение.

Тамара окинула его взглядом и спросила:

— Господин Саранцев, если не ошибаюсь?

— Да, Тамара Константиновна! Саранцев-младший, — лицо молодого аристократа приняло цвет вареной свеклы. Чего он так испугался?

— Не могли бы вы прекратить сегодняшний визит и удалиться домой? — настойчиво, даже без просительных ноток в голосе, произнесла Тамара.

Парень замялся, с надеждой взглянул на Ларису, ожидая от нее поддержки, и та не замедлила ударить ответно:

— Тамара Константиновна, это мой дом, вообще-то, и я сама здесь решаю, кого удалять или оставлять рядом с собой.

— Ему лучше уйти, чтобы не быть свидетелем событий, к нему не относящихся, — скрежетнула зубами Тамара. — Господин Саранцев, я жду!

Парень счел нужным быстро ретироваться, и пока не хлопнула входная дверь, в зале стояла гнетущая тишина. Никита смотрел на Лару и поражался, как она изменилась. Девушка испугалась, но усилием воли держалась бодро, и даже стала слегка улыбаться. Тамара прошлась по гостиной, нарочито громко цокая туфлями.

— Итак, Лариса Георгиевна, — остановившись в трех шагах от хозяйки особняка, Тамара пристально посмотрела на побледневшую девушку, — я требую от вас объяснений! По какому праву вы подвергли моего жениха унизительной процедуре магического заклинания?

Никита чуть на диван не сел от таких слов. Теплая волна прокатилась от сердца до живота, а в голове восторженно застучали молоточки. Тамара впервые обозначила так откровенно свое отношение к нему.

Кажется, для Ларисы это было тоже откровением. Одно дело — гуляние под ручку и целование, когда еще можно расстроить планы влюбленных, и совершенно другое — объявленный статус.