Монах мигнул, затем неуверенно покачал головой:

– Сожалею, но сейчас здесь нет никого, кто мог бы побеседовать с вами на эту тему.

– Просто доведите мое сообщение до тех, кто на это способен. Какое-то время я еще пробуду в городе. Улица Камнетесов, дом мастера Рогге. Спросить магистра вон Черена.

– Хорошо, магистр. Я сообщу о вашем интересе.

Кому именно – монах говорить не стал. А я не стал спрашивать. Просто нахлобучил на голову шляпу и вышел в ночь.

Мирской представитель братства посетил ранним утром следующего дня, едва только я продрал глаза.

– Магистр вон Черен? – уточнил пожилой худощавый сеньор в неброской одежде.

Он и сам был какой-то неброский и серый: тусклые глаза, мышиного цвета волосы, бледная кожа. Не человек, а моль. Отвернешься и уже не вспомнишь, как выглядел.

Я изучил серебряный нагрудный знак с символикой братства святого Луки и посторонился, запуская гостя в квартиру. Тот переступил через порог и без обиняков заявил:

– Мое имя вам ничего не скажет, предлагаю отбросить пустые формальности. Не против?

Такой подход устраивал меня целиком и полностью; я кивнул:

– Ни в коей мере.

Официал братства окинул быстрым взглядом гостиную и перешел прямо к делу:

– Вам в руки попали документы из места, ныне известного как монастырь Святого Иоганна, могу я на них взглянуть?

– Вы знаток древних языков?

– Нет, но я должен убедиться, что вы не тратите время братства попусту. Это входит в мои обязанности.

Я покачал головой:

– Не сказал сразу, но записи защищены вложенной в них формулой призыва потусторонних сущностей. Помимо знания языка, человек должен обладать определенными познаниями в тайных искусствах.

Сеньор взглянул на меня снисходительно, как смотрят на малолетнего обманщика.