– Сюда несите! – Вадим услышал ее голос и понял, что несут его в ее опочивальню.

Его доставили, неспешно положили на ложе.

– Всем выйти! – скомандовала Умила. – Вадюшка… Очень больно?

– Ага… – процедил сквозь зубы князь.

Он попробовал пошевелить ногами, руками, кажись, все цело.

– Лежи. Не шевелись, – обе ручки княжны уперлись в его грудь.

Тут же появились няньки с теплой водой, мазями, горшками, отварами, чистыми тряпками…

– Помогите мне.

Втроем они осторожно перевернули князя на живот. Впрочем, Вадим ощутил, что боль притупилась. Ему задрали рубаху.

– Подите! – изрекла княжна, прогоняя нянек.

– Умилушка, как же? – чуть не в один голос запротестовали женщины.

– Подите! Я сама управлюсь, – настойчиво повторила Умила.

Няньки неохотно подчинились.

– Сейчас, Вадюшка…

Она ощупала спину и, убедившись, что все кости целы, обмыла теплой водой и обильно намазала спину мазью.

– Вот, хорошо… Лежи, не переворачивайся.

Она натянула ему рубашку и нежно погладила по спине.

– Как же ты меня напугал, Вадюшка, – ее голова опустилась ему на плечо, – любый мой…

Вадим почти не дышал – вот оно! Сердце сжалось, захотелось глубоко вздохнуть и крикнуть от счастья. От боли в спине не осталось и следа.

– Что ты? – Умила подняла голову. – Лежи. Не шевелись.