Анна и остальные ждали их на лан-ирмейском корабле. Магбрав начал процедуру сразу. На каждого мега уходило примерно по двадцать минут. К тому моменту, как на площадку опустился вертолёт с Муном и Егором, медики базы уже приняли девятерых человек. Олег, спрыгнув на площадку, удивлённо уставился на лан-ирмейский корабль, втесавшийся между вертолётами, охрану вокруг него, несколько машин медслужбы и… Костю.

Багиров вышел его встречать. Мун так и стоял. Не верил. Даже когда Костя подошёл к нему со словами:

— Ну что, Полтора Китая? Не ждал.

Кроме Багирова Олега никто так не называл. Так что это старое обращение, данное за высокий рост, и так давно не слышаное, вызвало у Муна бурю эмоций.

— Да чтоб тебя, — прошептал он, вытирая намокшие глаза. — Анна где?

— На корабле, — кивнул Костя.

— А… Бестужев?

Багиров отрицательно покачал головой

— Ясно, — сглотнул Олег.

Они помогли персоналу вывести Егора из вертолёта и перевести на корабль. Поднявшись на борт, Мун не обратил внимания на корабль вообще, на Магбрава тоже, увидел своих — Пашу и Галю, Анну и пошёл к ним. Просто обнять каждого.

Казалось это всё не реально. Увидеть друг друга после всего. Никто не надеялся. Но они живы. Осознание этого приходило очень медленно.

Ещё медленней далось решение будить Егора. Магбрав, оглядев спящего мегистотерия и оценив выражения лиц людей, спросил:

— Есть сомнения?

— Нет сомнений, — ответила Анна. — Просто набираемся сил.

Магбрав поместил Егора в ванну, запустил процедуру, и пока она шла, все вышли из помещения. Расположились на полу перед входом. Какое-то время молчали.

— Не знаю, что ему сказать, — вздохнула наконец Анна. — Матвей просил передать, чтобы он его простил.

Мун отрицательно покачал головой:

— Уже сказал, что никогда.

— Анна… — Паша начал, но замолчал на секунду, — прости, что спрашиваю. Бестужев?

Лазарева до сих пор не сказала о нём ни слова. Все поняли, что Дмитрия нет, но… что было?