И на самом деле вид с перевала открывался отличный. Проводник, едущий впереди, застыл, но не потому, что позволил себе полюбоваться распахнувшимся перед ним видом. Поравнявшись с ним, застыл и я, резко рванув повод Ворона на себя и заставив коня даже попятиться. И было с чего: в гавань Гроугента входили корабли, много кораблей, и все они не были имперскими.

Заходившее светило било своими лучами прямо в глаза, так что пришлось надвинуть шляпу, прикрывая полами лицо, чтобы все разглядеть получше, но ничего не изменилось — флот явно не принадлежал Империи.

Но почему тогда молчат пушечные батареи на фортах? Их при входе в гавань Гроугента целых три: две на оконечностях мысов и еще один посередине входа, на искусственном острове. Мы закончили строительство форта не так давно, и года не прошло, и кто бы только знал, сколько сил и средств на него было потрачено. Сначала пришлось возвести остров, благо хоть глубина там оказалась не слишком велика, а уж затем и сам форт.

Но своего мы добились. Прежде пушки не могли перекрыть всю ширину входа в гавань, им попросту не хватало дальнобойности. После постройки форта любой входящий в Гроугент корабль оказывался под обстрелом сразу с двух сторон. Я машинально взглянул на сам город, защищенный со стороны моря мощными бастионами. Но нет, и там все было как обычно, как будто бы в гавань, которую они призваны защищать, не входил вражеский флот.

Я тревожно посмотрел на Коллайна: «Что это? Предательство? Заговор? Что-то еще?» — и поймал в ответ такой же недоуменный взгляд.

Солнце на несколько мгновений спряталось за одиноким кудрявым облачком, и тревога моя мгновенно переменилась на радость: корабли с такими обводами корпуса могли быть только тримурами. А это означало одно: помощь пришла оттуда, откуда ее совсем не ждали, — из Скардара.

Но как же они решились? Со Скардаром у Империи договор, и военный, и торговый, но ведь в противниках у нас не кто-нибудь, а сам Абдальяр. Государство, чей флот считается самым мощным в этом мире, и Скардару ссориться с ним не с руки.

Ладно, до того времени, когда все выяснится, осталось совсем недолго, ведь как раз к тому времени, когда мы спустимся с перевала и окажемся в Гроугенте, корабли уже встанут на якоря на внутреннем рейде.

К Скардару я имел самое непосредственное отношение, ведь не так давно, еще и шести лет не прошло, мне пришлось править им чуть ли не около года. Меньше, если принимать во внимание тот факт, что в самом Скардаре я находился всего месяца четыре-пять. Но это-то как раз ничего и не меняет…