Выехав с краткосрочной парковки, Ребекка оставалась настороже и постоянно поглядывала в зеркало заднего вида. Но если кто-то сидел у них на хвосте, значит преследователей было слишком много и действовали они сообща – ехавшие за «доджем» машины постоянно сменялись. Конечно, если на нем стоит маячок, преследователям ни к чему постоянно держать их в поле зрения. Но вряд ли телефон тетушки Тэнди стоял на прослушке и кто-нибудь знал, что прошлой ночью она привела машину в Рокфорд. Ребекка и Джоли уже покинули Рокфорд, когда те типы у мотеля поняли, что они бросили «бьюик». Чтобы вызвать Твайлу в Чикаго – а не в Милуоки, – Ребекка воспользовалась анонимным телефоном и постаралась сбить с толку любого, кто мог прослушивать телефон Твайлы или вести за ней наружное наблюдение. И все же… она постоянно переводила взгляд на зеркало заднего вида и знала, что Твайла заметила это. Когда они вырвались из толкучки аэропорта и поехали на юг по федеральной трассе номер девяносто, Твайла сказала:

– Дом в другой стороне. Зачем мы едем в город?

– Мы туда не едем. Только до федеральной дороги номер девяносто четыре, а потом на север.

– И куда же?

– В место, от которого у нас с папой остались приятные воспоминания. Увидишь.

– Папа ждет там?

– Нет, детка. Он позвонит нам позднее и скажет, что делать дальше.

– Дальше? А где он теперь?

– Он не сказал. Может, потом скажет.

Твайла наклонилась влево, чтобы посмотреть на сестру.

– Вряд ли родители еще до нашего появления на свет стали законспирированными шпионами, а теперь пустились в бега. Такое бывает только в телешоу, а жизнь не телешоу. Ты понимаешь, что происходит?

– Я знаю одно, – ответила Джоли, – мы в глубокой заднице. Только не совсем понятно, чья это задница и почему мы должны пробираться через нее. Мама тоже ничего не знает. Сколько ни плакалась в папину жилетку, ничего не смогла добиться.

– Не знала, что папа носит жилетку.

– Носит иногда. Пуленепробиваемую.

24

24

Громадное зеленое море сверкало под послеполуденным солнцем, но нигде не было видно бледных берегов – травяное море, где приливы возникают под воздействием не луны, а легкого ветерка. В небе кружили длиннотелые летучие луни, высматривая мышей в волнах травы. Бесконечный ландшафт, не подвластный времени, и царящее вокруг спокойствие породили в Джейн чувство умиротворения, хотя мыши, возможно, не согласились бы с ней.

Купив ранчо площадью в шесть сотен акров, Лиланд и Надин Сэккет перестроили дом и расширили его, устроив здесь первоклассное учебное заведение – школу-интернат Сэккетов, где сейчас жили сто тридцать девять детей. Сэккеты считали, что дети-сироты заслуживают того, чтобы расти в волшебном месте, которое поможет забыть об утрате, и поэтому в архитектуре школы преобладала тема Запада: весь комплекс зданий напоминал городок 1880-х годов, раскинувшийся среди прерии. Они держали пони и лошадей, чтобы любой ребенок мог поучиться верховой езде у инструкторов и не только получил хорошее образование, но и крепко привязался к этой земле и ее традициям.