Ей нужно было добраться до Ногалеса в Аризоне, чтобы отдать эту машину Энрике де Сото и взять другую, которая тоже будет смирной снаружи, но на деле – настоящим зверем внутри, без навигатора, с новым комплектом номеров.

До Ногалеса было четырнадцать или пятнадцать часов езды. С учетом времени, отводимого на ночной сон, Джейн рассчитывала, что начнет торговаться с Энрике ближе к середине дня в субботу, не раньше.

После наступления темноты, приехав в Сонору, она снимет номера с какой-нибудь припаркованной машины, поставит их на «форд» и будет чувствовать себя спокойнее до самого Ногалеса.

Когда удача изменила ей, распухшее солнце низко висело над горизонтом, пронизанный красными прожилками апельсин, казалось, подрагивал, словно готовился взорваться, дойдя до низкого растрескавшегося скального гребня, который возвышался посреди безжизненной равнины. Патрульная машина дорожной полиции появилась с востока на более скоростной полосе, чем ее собственная; ни сирена, ни маячок на крыше не были включены. Если полицейский собирался ее обогнать, то потом передумал, резко сбросил скорость и пристроился за «фордом». Джейн ехала, не снижая и не прибавляя скорость, а он следовал за ней на протяжении целой мили.

Может быть, НЦИП получил информацию о ее автомобиле, после того как «форд» попал на камеры наблюдения в Доменной Печи. А может быть, подозрения вызвала грязь на номерном знаке. Но даже без нечитаемых цифр номера вид одинокой женщины в черном «форде-эскейпе» мог напомнить ему о самом разыскиваемом в Америке убийце и предателе, и теперь он, вызвав помощь, не будет предпринимать никаких действий до прибытия коллег.

Джейн не могла позволить себе ждать в надежде, что он передумает, обгонит ее и уедет по своим делам. Лучше иметь дело с одним копом, чем с двумя или тремя. Она перевела «форд» на полосу с более быстрым движением, резко вывернула руль назад и съехала на обочину чуть ли не под прямым углом. Правая сторона переднего бампера сильно ударилась об отбойник, и машина остановилась. Джейн включила режим парковки, но не стала заглушать двигатель. Патрульная машина съехала на обочину и остановилась в восьми-десяти футах за ней.

Джейн сунула руку в пакетик с печеньем, сломала одну штуку, сунула в рот, вытащила чашечку от термоса из держателя и набрала в рот кофе.

Когда тебя останавливают патрульные, им не нравится, если ты выходишь из машины без приглашения с их стороны. Джейн тут же вышла из «форда», оставив дверь открытой.

Увидев, что полицейский наблюдает за ней, сидя за рулем, она согнулась пополам и выплюнула часть густой кашицы – печенье с кофе – на землю. Потом выплюнула остатки, притворилась, что отрыгивает, отерла рот рукавом куртки. Затем повернулась и оперлась левой рукой о машину, словно иначе упала бы, и двинулась к задней части автомобиля.