– Сухой лед? – пробормотала Джоли.
На пакете лежали девять трубочек из серебристого изолирующего материала, каждая размером с палец. Она взяла одну. Трубочка оказалась очень холодной, обжигающей пальцы.
С одного конца трубки были закрыты липучкой. Джоли сорвала липучку, и на ее ладонь вывалилась стеклянная ампула с мутноватой янтарной жидкостью.
Из ванной донесся шум сливаемой воды.
Джоли положила ампулу обратно в трубочку, а ту – в жестянку и закрыла крышку на защелку.
Послышался звук воды, ударяющейся о раковину, – Твайла мыла руки.
Джоли сунула коробку в чемодан, положила сверху шприцы, застегнула растягивающиеся ремни и захлопнула крышку. Затем поставила чемодан на пол, положила на кровать свой и открыла.
Неизвестно, был бесфамильный Чарльз женат или нет, забеременела от него Твайла или нет, но на наркотики она подсела. И не какой-нибудь пустяк вроде марихуаны, что, впрочем, тоже было не подарком. Наркотик для внутривенного приема. Героин или что-то в этом роде. Твайла уехала учиться в колледж и попала в дурную компанию. Кем бы ни был Чарльз, женатым или холостым, он дурно влиял на Твайлу. Джоли была потрясена, удручена, не знала, что делать.
Звук текущей воды прекратился, но дверь не открывалась. Твайла могла целую вечность поправлять макияж, заново напомаживать губы.
Джоли подумала, не пойти ли в соседний номер, чтобы рассказать матери о своей находке. Но нет, нельзя совершать необдуманные поступки. Во многих романах молодые женщины нередко попадали в серьезные переделки, потому что действовали импульсивно, по причине невежества или недопонимания.
Джоли села на край кровати, уперлась локтями в бедра и обхватила лицо ладонями, пытаясь понять, что делать дальше. Обычно Твайла, собираясь куда-то уходить, напевала какую-нибудь песню. Сегодня она не пела.
Что-то было не так.
29
29
В последние полчаса перед наступлением темноты широкое небо на западе готовилось устроить красочный закат, чему способствовали разбросанные там и сям облачка.
Джейн Хок ехала по федеральной трассе номер десять со скоростью на пять миль в час ниже разрешенной, желая лишь одного – не привлекать к себе внимания, хотя при ней было все необходимое, чтобы дать отпор и одержать победу в случае столкновения.
Она оставила позади много миль с тех пор, как Надин Сэккет дала ей термос с горячим черным кофе, за который Джейн была благодарна, и пакетик домашнего сахарного печенья, есть которое она не собиралась. Но печенье испускало приятный запах, как и кофе, и в «форде» стало почти уютно – маленькое высокоскоростное убежище от враждебного мира.