Сенатор, правда, понял без перевода – или его просто устрашила моя озлобленная физиономия. Запястье его обмякло, и я осторожно вытащил его руку на свет.

– Встаньте, сенатор, – предложил я, переходя на понятное ему наречие. – Пройдите и сядьте вон в то кресло.

Кресло стояло у стены, и на расстоянии вытянутой руки от него в обе стороны не было ничего легче тяжелой бронзовой вазы.

– И не надо кричать, – предупредил я. – Это может плохо кончиться.

– Вы… вы… – Губы сенатора дрожали. Он был напуган чуть ли не до смерти. Оно и неудивительно, когда привыкнешь, что твой дом – твоя крепость, осознание своей ошибки особенно болезненно.

– Отвечайте только на мои вопросы, – приказал я. – Мадемуазель Тернер, присядьте тоже. Чувствую, разговор у нас будет долгий.

На самом деле мы не могли рассиживаться. Если бы я связал всех охранников в доме, и то мы не были бы в полной безопасности. А отсутствие всего троих будет замечено не позднее чем на пересменке. То есть часов в восемь. Однако признаваться в этом перед нашей жертвой я не стал.

– Итак, сенатор… – Я выдержал паузу. Рассчитывать на помощь Андрея, как с господином Брантом, я не мог. Мне надо было сломать сенатора с первых же фраз.

– Что вам нужно? – хрипло прошептал Аттенборо.

– Сведения, – ответил я. – Я хочу знать, что вы намерены притащить в наш мир из патахронных линий.

Сенатор обмяк. Я нащупал верную линию. Привыкший к подчинению, Аттенборо тушевался, стоило надавить посильнее – обычное дело для мелких тиранов.

– Мы… – промямлил он.

– Короче, – приказал я негромко, но с такой – и отнюдь не наигранной! – яростью, что Аттенборо подавился. – Какой мир вы выбрали для контакта? – поинтересовался я. – Уж конечно, не патахрон после Второй мировой войны. И вряд ли – мир, отставший от нашего в технике. Значит, мир диктатур или мир богатых, развитых Соединенных Штатов. Полагаю, очевидный ответ является и верным?

Аттенборо дергано кивнул. Кейт присела на край стола и, как девчонка, заболтала ногами. Похоже было, что в отношении сенатора она испытывает не столько сочувствие, сколько злорадство.

– И какую помощь вы рассчитывали оттуда получать? – продолжал я допрос.

– Мы вышли на контакт с тамошними органами безопасности, – ответил Аттенборо, заикаясь. – Это прошоло недавно, и, похоже, они не до конца поверили нам, а мы, по понятным причинам, не открыли им секрет порталов. Но мы заручились их поддержкой, хотя и не безоговорочной. В их мире тоже не покончено со слюнтяями и предателями американской мечты.

– Я сказал – короче! – рыкнул я.

– Короче… – Вот короче-то сенатор говорить и не привык, привычка по всякому поводу соскальзывать в демагогию играла с ним дурную шутку, – Нам выделили группу профессиональных агентов Си-ай-эй… Центрального разведывательного управления…