— О, ты не знаешь его возможностей. Так что прощай… — И Валерия нажала на курок.

— Вот значит как! — вздохнул я. — Страх для тебя важнее чувств.

— Что это?!

— Я разрядил твое оружие во время твоего сладкого сна. Когда ты в пылких объятиях Георгиева, вести себя следует осмотрительнее. Теперь, хочешь или нет, говорить придется.

— Ни за что! — Валерия уже оправилась от шока. — У тебя не доказательств. Я ничего и никогда не расскажу!

От находившегося невдалеке объемного дуба отделилась женская фигура и направилась в нашу сторону. Валерия сразу узнала ее и съежилась.

— Юрию вы, может, не скажете, зато мне, официальному представителю следственных органов Оксане Михайлович, придется.

— Не понимаю, что вам от меня нужно?

— Хочу, чтобы вы послушали одну запись.

Валерия еле устояла на ногах, услышав начало нашего с ней диалога. Оксана убрала телефон и сказала:

— Участие в убийстве одного человека. Покушение на жизнь другого. Да, светит вам немало. Поедем в управление.

— Подожди, — остановил я Оксану. — Ты допросишь ее по полной. Но и я хотел бы кое-что для себя прояснить. Имею право. Согласись, госпожа рыбак, эту рыбку ты поймала благодаря мне.

— Безусловно.

— Молчание, Валерия, лишь усугубит твою вину. Знаю, «Розенкранца» ты боишься больше закона, но твои покровители не любят оставлять в живых свидетелей. Тем более, майор Михайлович умеет пускать разного рода слухи. Все узнают, что ты начала давать показания против твоих нанимателей.

— Вы не посмеете…

— Оксана, посмеешь?

— В шесть секунд.

— Ладно, что ты хочешь знать?..Ах, да… Почему пока тебя не трогают. Они провели над тобой эксперимент.

— Какой?!

— Откуда мне знать! Я согласилась подработать и только. Что бы мне светило в жизни? Самый занюханный институт, который приходится заканчивать не от хорошей жизни, самая задрипанная профессия. Когда думала о будущем, меня тошнило. И тут сказали поработать в том баре. Более гадливого занятия не придумаешь. Мне объяснили: это ненадолго. Если ты вдруг там появишься… Случайно появишься…