- Верно, - согласился Мигель. - Они нас не любят. Лагерь разместили подальше от города, чтобы не видеть нас, чтобы мы не отравили их культуру.

- Да, - подтвердил Перфекто, - а вас всех они хотели оставить в криотанках до конца войны, но хозяин корабля заставил забрать вас.

- Но чиновники Мотоки не хотят оставлять вас здесь. Особенно когда мы пойдем в бой. Так что, я думаю, вам всем придется идти с нами. Гарсон, вероятно, поставит вас за самураями.

- Звучит не так плохо, - сказал я. Кивнул в сторону амбара, откуда по-прежнему слышались крики. - Мне кажется, они согласны улететь.

- О, их не это расстроило, - ответил Перфекто. - Корпорация Мотоки не платит им за годы, проведенные в криотанках, они потеряли деньги за двадцать два года службы. - В голосе его звучала горечь. - У многих из этих людей есть семьи. Как и моя, они полностью зависят от их платы.

Я был поражен несправедливостью, сотворенной с этими людьми. Бедняки согласились воевать только потому, что знали, что это даст их семьям: братьям, сестрам, овдовевшим матерям и их собственным детям. Им больше не надо будет выносить неимоверные тяготы войны в Южной Америке. Для некоторых оставить семьи - это невероятная жертва, акт истинной любви. И вот они узнают, что через две недели после их отлета с Земли семьи перестали получать плату, ради которой они пожертвовали собой. Для многих это означает, что члены их семьи умерли в нищете. Юные сестры вынуждены были стать проститутками, а больные матери умерли с голоду.

- Мы все им сочувствуем, - сказал Перфекто. - Все сердиты. Мы сами узнали об этой несправедливости несколько дней назад. Думаю, если бы узнали раньше, корабль не долетел бы до Пекаря. Ты чувствуешь гнев в воздухе, напряжение электричества?

Я кивнул. Сразу почувствовал, как только вошел в помещение со спорящими.

- С самого мятежа не было такого напряжения, - сказал Перфекто. Много месяцев я этого не чувствовал.

- Правда, - согласился Мигель. - Все было спокойно до самых последних дней. После мятежа положение изменилось. Самураи обращались с нами как с друзьями, особенно когда увидели, как мы сражаемся. Большинству из нас присвоено звание самураев. Но местные жители смотрят на нас, как на грязь. Генерал Цугио, здешний главнокомандующий, смеется при мысли о самураях-неяпонцах. Он грозит снизить нам плату, если мы не уговорим своих компадрес стать уступчивей. Посмотри в глаза наших людей и поймешь, о чем они думают. Они думают, что им не следовало прилетать сюда. Что им не нужно сражаться. Но что мы можем сделать? Вернуться не можем, потому что не можем заплатить грекам за корабль. Не можем найти другую работу. Либо сражаться с ябадзинами, либо умереть с голоду!