Я снова пошел внутрь, посмотрел голограммы, встретился с Мавро. Ему кто-то вытатуировал еще одну слезу на щеке, и он сбрил свои усы; в остальном остался тем же самым. Опаловые воздушные змеи в атмосфере мешали мне смотреть. Их платиновый блеск, как тонкий шелк или паутина, отражал солнечный свет. В амбаре продолжались крики, но звучали они в ночном воздухе чуть приглушенно. Я с трудом различал окруживших амбар самураев в черной одежде. Перфекто расстегнул гульфик, его пенис повис. Я думал, он будет мочиться, но в течение нескольких минут ничего не происходило.

- Что ты делаешь? - спросил я, кивком указывая на его пенис.

Перфекто взглянул на свой член и сказал:

- Я подумал, дам ему глотнуть свежего воздуха, но теперь уже все, и он хочет только поиграть. - Он подождал еще немного, потом начал мочиться на куст. - Ахх, вот оно, наконец!

Я с детства - в Гватемале - не мочился на куст. Почему-то это вызвало у меня ностальгию, и я присоединился к нему.

Закончив, я спросил:

- Перфекто, что, Абрайра действительно строит мне глазки?

Он рассмеялся.

- Да. И всегда, когда говорит о тебе. С тех пор, как ты спас ее от насильника Люсио.

Я был поражен.

- Но я не спас ее! Я опоздал! Я ничего не мог сделать!

Перфекто нахмурился и задумчиво посмотрел на меня. Наступила долгая тишина. Наконец он свистнул сквозь зубы.

- Она рассказала невероятную историю о том, как ты вырвал у кого-то ружье и как раз вовремя спас ее.

- Но почему она так говорит? Почему ей поверили? Разве Люсио и его друзья не рассказали правду?

Перфекто нахмурился еще сильнее.

- Двое компадрес Люсио погибли, когда корабль начал вращаться. Остальных поместили в криотанки в наказание за то, что они ворвались в арсенал корабля, поэтому они не могли рассказать правду. Но я думаю, она говорит неправду, потому что верит в нее. Достаточно поглядеть ей в глаза, когда она говорит. Она верит, что ее не изнасиловали. Может, Абрайра оказалась недостаточно сильна, чтобы выдержать это. Может, она свихнулась. Я говорил с ней о несчастных происшествиях ее детства, и она клянется, что их не было.

- Когда ее изнасиловали метисы?

- И не только. Она клянется, что шрам у нее получен в игре в бейсбол. Не помнит, что провела три года в тюрьме.

Меня затошнило. Я не мог поверить в то, что говорил Перфекто. Все здоровье, вся радость, которые я в ней видел, это признаки еще более серьезной болезни.

- Но что ты сделал? - спросил я. - Как ей помочь?