Выстрелы Завалы разрывали тефлексовую броню ябадзина. Я видел, как осколки разлетаются во все стороны, как будто Завала стреляет по манекенам, набитым опилками. Он три или четыре раза выстрелил по всем самураям, даже по мертвым, которые уже полчаса лежали на дне машин.

Я досчитал до пятнадцати, а плазма жгла мою защиту. На груди вспыхнуло горячее пятно. Мавро спас мне жизнь, толкнув вперед. Я хотел еще две секунды стрелять, участвовать в бою.

Я посмотрел на Завалу. Из щелей его брони било белое пламя. Ногу окутал густой жирный дым. Завала упал, и я бросился к нему, начал стаскивать броню. Рамы его ног целы, но нити, служившие мышцами, расплавились, восстановить их невозможно.

- Как, во имя Господа, ты не поджарился? - крикнул я.

- Увернулся, - ответил Завала.

Абрайра и Мавро тоже упали, получив плазменные удары. Они ждали, пока плазма перегорит, потом сели. Перфекто забрался в машину, поднял крышку в полу, достал медицинскую сумку и принялся накладывать турникет на запястье. На левой голени у него виднелась круглая черная дыра, ее прожгла плазма.

- Я мог погибнуть! - кричал он в экстазе. - Но вы этого не допустили!

Рана на руке у него глубокая, до самой кости, и мне пришлось ему помочь, запечатать кровеносные сосуды, наложить скобки и перевязать. Потом я дал ему большую дозу обезболивающего. Рука у него сразу опухла, и я знал, что теперь он несколько недель не сможет ею пользоваться. Ногу Перфекто обработать было легче: рана небольшая, и крупные кровеносные сосуды не задеты. Нужно было только срезать обожженную плоть и наложить повязку.

Потом мы сняли шлемы и передохнули. Воздух был полон дыма и запаха сгоревшей плоти - похоже на жареную свинину. Чуждые запахи растений Пекаря окутали меня.

Следующие два часа Абрайра и Мавро возились с машиной. Они извлекли поврежденные лопасти и заменили из частями, снятыми с машин ябадзинов. Собрали также топливные стержни, оружие и пищу. У ябадзинов нашлось пиво в холодильнике под полом. Мы сидели на скалах, грелись на солнце, ели и пили.

Приятно быть живым и иметь возможность поесть. Мавро и Перфекто говорили о том, как хорошо прошла битва, как мы все удивились, обнаружив, что Завала не погиб. Я часто облегченно смеялся, и все остальные тоже. Завала много пил, словно выиграл эту схватку в одиночку. Он был великодушен и все время повторял:

- Ты хорошо действовал, Анжело. Хорошо сражался. Прости, что я сомневался в тебе. Мы еще сделаем из тебя самурая, ne? - Он похлопал меня по ноге и продолжал: - Такие отличные ноги! Такие сильные! Хотел бы я иметь такие ноги!