А потом, должно быть, мое тело перекрыло все органы чувств, потому что я потерял сознание. А подсознание наслало ужасные галлюцинации, где образы Пекаря накладывались на земные образы. Мы мчались в своей машине по скалам Пекаря в сумерках. В ушах у меня звучали голоса, давно умершие люди вели нескончаемые и непонятные разговоры.

- Ты видел сеньору Гардосу? - спрашивала моя мать. - Она так растолстела. Какой стыд!

А отец кричал на нее:

- Мне все равно! Как мы проживем, если снова подняли налоги?!

Я слушал эту болтовню, словно она столь же незначительна, как жужжание пчелы. В пустынном небе, там, где должны быть опаловые воздушные шары, повисли какие-то ленты. На горизонте я что-то увидел - что-то бежит в вертикальном положении, как человек. Я попытался разглядеть подробности, и глаза мои превратились в телескопы. И я ясно увидел двух пустынных владычиц, они спотыкались на красных камнях, передние конечности у них вырваны, и из углублений на плечах капает кровь. Я замигал и постарался забыть это зрелище, а они молили:

- Анжело, Анжело, вернись и накорми нас!

Я узнал голоса - девочка Татьяна и Тамара. Это они бегут ко мне, у них отрублены руки и груди, и они умоляют: "Анжело! Анжело!" Я отскочил от них, и вокруг все почернело. Спокойным повелительным тоном заговорил Завала. Слышался смех, словно он участвует в вечеринке. Я наклонился вперед, чтобы лучше слышать, но чьи-то руки удержали меня, сжали мне грудь. Я попытался заговорить, но губы обгорели от ветра и солнца. Я понял, что на мне шлем, а разговаривают с помощью микрофонов. Держит меня руками Завала и что-то шепчет мне на ухо. Завала говорит:

- Конечно, при взгляде извне все культуры в равной степени кажутся злыми, но если заглянуть изнутри, увидишь, что большинство апельсинов заражены раком. Поэтому у тебя такое зловонное дыхание. Ты слушаешь людей, запрограммированных социальными инженерами. Но я знавал людей, у которых была заменена хромосома 116 в гене 21755394200001, и у них повышенная сопротивляемость к вирусам посещения. Сунь нож такому в живот, ты, везучий cabron [козел (исп.)], и увидишь, как засияют его глаза.

Я всмотрелся в дымку. Завала меня не держит. На меня смотрит крошечными черными глазками в складках жира улыбающаяся пурпурная морда речного дракона.

Я снова потерял сознание. Надо мной светились два глаза, один синий, другой белый. Это Флако, а злобной идиотской улыбкой ему служит вспышка молнии. Голосом грома он заговорил:

- Hola, Анжело! Где ты был? Мы все ждем тебя здесь в раю, вечеринка сейчас начнется. У разносчиков на ярмарке есть durnos [персики (исп.)] со вкусом бананов и запахом цветов страсти.