Я кивнул.

— Я помню, как они упомянули, что в определенном состоянии могут обнаружить неодушевлённые объекты, такие, например, как корабли.

— Правильно. Слово в слово ты повторяешь его отчёт.

— Доктор Айзенштадт мыслит весьма логично, — выразил я свое мнение, не понимая, куда клонит лорд Келси-Рамос. — Если они могут видеть всё вокруг, освободившись от своих телесных оболочек, то для самих тел совершенно нет необходимости развивать собственные дублирующие чувства.

— Согласен, — не стал возражать лорд Келси-Рамос. — Айзенштадт рассуждал о некой «жизненной силе», которую они потребляют — если хочешь, наши души, — добавил он, в надежде опередить меня, используя более близкую мне, по его мнению, терминологию. — Мне пришло в голову — не слишком ли мы оптимистичны, оценивая некоторые высказывания гремучников. Как ты говорил, они сами, дескать, сообщили, что не в состоянии наблюдать неодушевлённые объекты, но ведь это было нашим предположением, что только неодушевлённые объекты они не в состоянии различать.

И, в конце концов, до меня дошло.

— Вы полагаете, что здесь есть животные, хищники, которых они тоже не могут обнаружить?

— В общем, да, эта гипотеза не лишена оснований, — ответил лорд Келси-Рамос. — И даже, если принять во внимание их органические лазеры, хищник вполне может подкрасться к ним на сколь угодно близкое расстояние.

Я сосредоточился на его чувствах.

— Ведь это не просто предположение? — осторожно поинтересовался я. — Ведь вы уже предприняли кое-какие эксперименты и наблюдения?

Лорд Келси-Рамос снова стал смотреть вверх на скалу.

— Есть тут одно небольшое животное, похожее на тех, что представлены семейством куньих, так вот это животное питает слабость к мякоти гремучников, — сказал он. — Часто они нападают целыми стаями, особей в тридцать. Интересно, можно ли оттуда сверху заметить такую стаю?

— Зрение у гремучников довольно сильное, — сообщил я, невольно поеживаясь. Теперь задним числом мне становилось ясно, что баланс, имевшийся в природе Сполла, предполагал наличие хищников, с которыми должны были справляться гремучники для осуществления принципа естественного отбора, но сам факт очередного утаивания важной информации вызвал у меня скрежет зубов.

— Следовательно, часовой на каждой скале может заметить приближающуюся стаю… а остальные, выходит, должны готовиться к битве?

— Куцко? — лорд Келси-Рамос жестом пригласил телохранителя подойти поближе. — Это уже по твоей части. Что ты думаешь по этому поводу?

Куцко медленно и пристально обозрел всю территорию. Присмотревшись к нему, я отметил, что этот вопрос прозвучал для него впервые, и идея эта была для него в новинку, как и для меня, — лорд Келси-Рамос втихомолку вынашивал свою концепцию. Это говорило о том, что он не шутку обеспокоен сложившейся ситуацией…