Я уставился на него, и меня будто молнией пронзило. Как же это я не сумел заметить?

— Куцко, давай отсюда! — крикнул я.

— Двигателями займись, понял? Давай запускай их, — распорядился он, не обратив ровным счетом никакого внимания на мое требование. — Надеюсь, еще не забыл, как это делается?

— Миха…

— Давай, давай, займись-ка лучше делом — ведь, как ты сам только что сказал, Грачик, наверное, всех уже на ноги поднял. Угонять — так угонять, и нечего здесь рассусоливать. Время дорого.

Я взглянул на него, но это было бесполезно. Если он решил участвовать в этом, то его уже ничто не способно остановить. И он, и я отлично это понимали.

Со сжатыми до боли губами я направился к пульту, за которым уже расположился Эдамс — он уселся в кресло первого пилота. Корабль был готов, и Эдамс тоже.

— Гремучник? — позвал я. — Ты здесь?

Несколько секунд, которые показались мне вечностью, стояла тишина. Я напряжённо всматривался в отрешённое лицо Эдамса, в мои мысли стало вкрадываться подозрение в предательстве и обмане…

— Я здесь, — прошептал Эдамс.

Я попытался проглотить комок, застрявший у меня в горле.

— Мы готовы к старту. Тебе точно известно, где сейчас захватчики?

— Известно. Но где же… зомби, чтобы я мог… его вести?

За этими словами было совершенно безразличное отношение ко всему что связано с родом человеческим — равнодушие и отстранённость.

— Не будет никакого зомби, — не без злорадства ответил ему я. — Пастырь Эдамс — тот человек, через которого я к вам обращаюсь, — сделает всё, как полагается, вместо зомби.

Возникла довольно долгая пауза, во время которой Эдамс лишь тупо уставился на меня, но передавшаяся к нему от гремучников мимика недвусмысленно говорила о том, какое изумление переживал мой невидимый собеседник-гремучник. Не было сомнений в том, что использование Искателей в качестве зомби никак не приходило в голову им.

— Я не знаю, возможно… ли это.

— Так попытайся, — грубовато-требовательно произнёс Куцко, кивнув на дисплей. — Мы уже, можно сказать, под парами.

Лицо Эдамса скривилось, и руки его стали уже хорошо знакомыми движениями искать «Пульт Мертвеца». Я затаил дыхание… и внезапно меня прижало к пульту, потому что мы были уже на траектории Мьолнира, и заработал псевдогравитатор. Я судорожно выдохнул, через несколько секунд лёгкого головокружения моя система кровообращения снова приспособилась к силе тяжести. Еще секунда, и мое зрение обрело четкость, и, повернувшись, я заметил, что Куцко смотрит на меня. — Ну, вот, — констатировал я.

— Сработало, вроде бы, — согласился он. — А что теперь?