«Вряд ли он знает, чем закончился его спор с Левиным. Ведь именно Левин потребовал увольнения Дубнина из института биологии, и это была главная причина, повлиявшая на решение эмиграционных властей… Иногда от неудобных людей избавлялись без лишнего шума, буквально подталкивая их к решению об эмиграции. В подобных случаях уже никто не считался с тем, как такой человек проявит себя в колонии, — интересы метрополии всегда оказывались на первом месте… Дубнин неплохо зарекомендовал себя в институте своими исследованиями в области эволюционной биологии — и, если сейчас перед ним действительно Дубнин, встреча с ученым может оказаться чрезвычайно полезной…»

Эти мысли промелькнули мгновенно, нисколько не мешая инспектору сосредоточить все свое внимание на Дубнине. Первое впечатление о человеке Ро-танов всегда считал самым важным.

«…Так, наконец он соизволил заметить наше появление. Некоторое удивление, скорее досада на то, что ему помешали, и никакой радости по поводу такого редкого здесь визита соотечественников…»

Ротанов присел за стол напротив ученого, предоставив на время хана самому себе. Обилие книг на полках и их названия произвели впечатление даже на этого ограниченного человека. Ротанова порадовало согласие хана отправиться вместе с ним, сейчас любой сторонник, любая поддержка ценились на вес золота. Даже такой человек, как хан, мог ему пригодиться. Однако инспектор дал себе слово не спускать с него глаз и ни в коем случае не позволять ему вмешиваться в сложную психологическую и дипломатическую работу, сопряженную со сбором любой полезной информации о новой, встреченной на Ароме космической расе. И вот в этом такой человек, как Дубнин, мог оказать Ротанову просто неоценимую помощь…

— Вы Дубнин, Андрей Петрович?

— Да, а в чем дело? — осведомился тот недовольно, словно Ротанов был всего лишь соседом по гостиничному блоку и без особой нужды оторвал от его важного дела.

— Не могли бы вы просветить меня относительно личности одного человека… Кто такой Левин?

Лишь теперь до Дубнина наконец дошла вся уникальность происходящего.

— Какого…?! Откуда вы здесь взялись и кто вы такие?

— Это мой друг хан, он очень недоволен тем, что рай за вратами оказался не совсем таким, как он ожидал, а вы довольны?

— Вы не ответили на мой вопрос, кто вы такие, чтобы позволять себе врываться ко мне в кабинет и задавать дурацкие вопросы?

— Это не ваш кабинет, Андрей Петрович. Здесь вообще нет кабинетов, и, если мне не изменяет рассудок, все окружающее вас великолепие — всего лишь слепок с вашего собственного воображения. Так кто такой Левин?