— Стойте, болваны! Убейте их!

Истребитель взвыл, как разъяренный зверь, и подпрыгнул на несколько метров. Взрывы продолжались — они вспыхивали то тут, то там. Пришло время всерьез пожалеть, что я так и не обучил старика летать и стрелять. Машина пошла боком и со скрежетом ободрала брюхо о край скалы. Но не упала, а лишь накренилась.

Я подбежал к Подорожнику и поднял его с колен, сдирая с рук веревки. Надежда была рядом, ее не связали. Я беспокоился, что старик может пальнуть в нашу сторону, так и случилось.

Мне удалось распутать веревки, когда взрыв ударил совсем рядом, заставив нас отскочить друг от друга. Споткнувшись, я упал. Перед носом вдруг мелькнул носок потертого сапога, и от удара я опять завалился навзничь. Искры перед глазами вспыхнули и погасли, я прыжком поднялся на ноги. Горелый с перекошенным от злобы лицом стоял передо мной и крутил в руке тесак. Я сделал шаг назад, потом еще. Я не собирался с ним драться — это бесполезно. Все решит случай, одна секунда, но кому она достанется?

Горелый замахнулся и прыгнул ко мне, я извернулся ужом, уходя из-под лезвия. В воздухе мелькнула серебристая тень, раздался глухой стук — и Горелый упал на колени, выронив тесак и схватившись руками за голову. Из-за его спины появилась Надежда с магнитной дубинкой в руке. В ту же секунду рядом показался и Подорожник.

— К лошадям, быстро! — крикнул он.

Мы в несколько прыжков пересекли поляну, чудом уйдя от очередного взрыва. Я успел заметить, что истребитель пьяно мотается над головой, цепляясь за верхушки деревьев и царапая края больших камней.

Подорожник на ходу подобрал брошенный тесак и перерубил веревки, державшие лошадей. Мы с ним вскочили в седла одним прыжком.

— Я не умею! — закричала девушка.

— Вот и учись! — ответил я, подтягивая ее в седло.

— Держись за гриву, — крикнул Подорожник. — Крепко хватай гриву и прижмись к лошади. Бей ее пятками...

Выезжая на тропу, я заметил, что истребитель ткнулся в отвесную базальтовую стену, клюнул носом и обрушился вниз с гулким железным лязгом. Скалы скрыли от нас ритуальную поляну. Мы увидели лишь огненный столб, поднявшийся над местом аварии.

Лошадь Подорожника бежала первой, задавая темп. Нас немилосердно трясло, и я постоянно оглядывался на Надежду. Она опустила голову и прильнула к телу животного, словно приклеилась.

Скоро мы выехали в узкий неглубокий каньон, где лошадки с легкостью перешли на галоп. Земля была ровной и каменистой, будто утрамбованная.

— Куда мы скачем? — спросил я, поравнявшись с Подорожником. — Ты знаешь эти места?