— Держитесь, — убеждал я, хотя и мне было несладко. — Ничего страшного не случится. Скоро все пройдет.

— Мне плохо... — задыхаясь, проговорила девушка. — Остановите... только на секунду, остановите...

— Нельзя останавливаться, будет хуже, — говорил я. — Потерпи немного.

Подорожник тоже начал кашлять и валиться на меня, я схватил его за рукав, чтоб удержать на вагонетке.

Перестук колес стал реже и тише. Вагонетка замедляла ход. Мне показалось, что где-то впереди начал пробиваться свет.

— Ну вот, уже совсем скоро... — пробормотал я.

— Куда мы катимся? — сдавленным голосом спросил погонщик.

— Сейчас все увидишь, — ответил я, вглядываясь вперед.

Тележка скрипнула и плавно остановилась. Замерла, проехала несколько десятков сантиметров назад и стала окончательно.

— Пошли, — скомандовал я.

Подорожник начал искать в сумке новый факел. На этот раз он не сразу смог его разжечь. Пока он возился, Надежда тихо стонала. Все, что я мог сейчас — это крепко сжать ее пальцы.

Наконец вспыхнул огонь. Тоннель кончался полуразобранной кирпичной стеной. Здесь ничего не изменилось с той поры, как я самолично выбил из нее кирпичи.

— Вставай, — проговорил Подорожник, коснувшись плеча Надежды, затем обернулся ко мне: — Помоги.

Я подошел, попробовал приподнять девушку и поставить на ноги. Творилось нечто странное, не похожее на обычный вывих — она была чуть жива. Я предположил, что она не может прийти в себя после перехода, а болевой шок усугубляет это.

— Ну идем... — я подхватил ее под спину. И тут моя рука наткнулась на что-то твердое. Я похолодел.

— На свет ее, быстро! — хрипло крикнул я. Свет факела дернулся, Подорожник выронил его. Мы придерживали девушку с обеих сторон и тащили, стараясь быть осторожными. Надежда не шла, а просто висела на наших руках. Со звоном упал на пол тесак Подорожника, он не стал его поднимать. Мы вскарабкались по обломкам стены, внесли девушку в подвал разрушенной усадьбы. Подорожник выбрался на улицу и принял Надежду на руки. Я вылез вслед за ним.

В глаза ударило солнце. Оно было тусклым, осенним, но после черного тоннеля едва не ослепило меня. Я на несколько секунд застыл, вдыхая запах леса. Я ушел в него с головой. Затем услышал, как вдалеке работает трактор...

— Ну, что стоишь?! — крикнул Подорожник. Я стряхнул оцепенение, перевел взгляд на девушку, вместе мы осторожно перевернули ее на живот. Серая ткань комбинезона оказалась испачкана кровью. В спине — под правой лопаткой — сверкал растопыренный хвостик маленькой железной пчелки. Заряд иглострела вошел между ребрами почти целиком, снаружи остался только цветок оперения.