– Куфельд!..

Пятнадцать фамилий уже прозвучало. Десять человек трибунал направлял в части особой комплектации.

Последним выкликнули Некко.

– Я! – бодро отозвался арестованный капрал.

– Не виновен, – прозвучал неожиданный вердикт. – Вы свободны, капрал.

– Да, сэр! – козырнул Некко.

– Вот пес! – заскрежетал зубами Рыжий. – Да он же предал нас! Купил себе свободу!

Два высоких человека в серых костюмах с круглыми белыми нашивками на рукавах и в дымчатых очках подошли к улыбающемуся капралу. Шепнули ему что-то. Похлопали дружески по плечу.

– Да тут и приятели у него нашлись! – Гнутый толкнул Павла. – Видишь, Писатель, что твориться? Эх, надо было его пристрелить!

– Заткнуться там! – рявкнул ближайший охранник.

Павел счел за лучшее промолчать. Тем более, что мысли его все еще путались.

Он просто скосил глаза и смотрел, как высокие серые люди – доктор Смит и агент Смит – ведут довольного капрала к выходу.

Павел был уверен, что больше никогда он не увидит капрала Некко.

6

6

Им дали пятнадцать минут на сборы. Но собирать было нечего.

Угрюмые и подавленные они сидели в открытых камерах на жестких нарах, опустив руки, повесив головы. Сейчас эта тюрьма казалась им домом, и они не хотели покидать ее. Ведь впереди их ждала неизвестность.

Ровно через пятнадцать минут охранники вошли в камеры. Одно мгновение потребовалось им, чтобы сковать руки осужденных преступников наручниками. Еще несколько мгновений потратили они на то, чтобы освободить камеры.

– Выровняться! С левой ноги! Марш!

Под крики остающихся в камерах арестантов, под топот, хлопанье и стук, пятнадцать недавних заключенных уходили по чистому коридору в сторону выхода.