Пока еще ничего страшного не произошло. Рано или поздно им это надоест. И тогда Клоп отстанет.

А если нет…

«Стань псом», – говорил лейтенант Уотерхилл.

«…с разъяренной собакой лучше не связываться…»

«…Самая опасная собака та, что бросается молча, без предупреждения…»

«…Если ты хочешь отделаться от своих страхов, напугай их…»

Так много чужих слов…

Павел покачал головой, присел на корточки возле россыпи камней на краю залитой бетоном дорожки. Стал отбирать булыжники покрупней, осматривать их. Нашел один подходящий, отложил его в сторону. Он уже хотел было достать из кармана гвоздь, но вовремя вспомнил об охранниках, засевших на вышках. Кроме крупнокалиберных пулеметов и слезоточивых гранат у них, наверняка, имелись самые современные оптические системы слежения. Ни вечерний сумрак, ни ночная тьма, ни утренний туман не мешали им видеть все, что происходит в лагере.

Только Павел подумал об этом, как на сторожевых вышках зажглись прожекторы. Толстые пучки света скрестились, словно лазерные мечи; легли на землю яркие пятна, задвигались, будто что-то отыскивая. И снова Павел вспомнил о боевых машинах марсиан из «Войны миров» Уэллса. Представилось ему, что находится он в резервации для последних людей, в концлагере для немногих выживших землян. А там, под колпаками высящихся над стенами вышек сидят сейчас за турелями пулеметов инопланетные монстры – разумные экстерры, внешне похожие на людей.

Победители.

И развлекаются, наблюдая за проигравшими…

Одно из световых пятен скользнуло к Павлу, поймало его – он оказался в круге света, словно на маленькой арене, за пределами которой ничего не видно. Ясно лишь, что где-то там сейчас находятся зрители. Неприятное ощущение.

Из-под руки Павел глянул в сторону слепящего прожектора, ругнулся, поднялся, попытался выйти в тень. Не удалось. Луч прожектора следовал за ним.

Кто-то развлекался.

Значит, пора возвращаться на свое место.

Павел отряхнулся, подобрал камень и побрел в сторону барака. Он практически не видел, куда шагал. Шел почти наугад. Он подозревал, что управляющий прожектором охранник ждет, когда заключенный попытается ускользнуть в сумрак, попробует выпрыгнуть из луча. Замечется, заскачет, словно попавший в свет фар заяц на ночной дороге… Наверное, со стороны это будет забавно смотреться.

Павел не собирался никого забавлять.