— За Светой, конечно же.

— Боже, она‑то вам зачем?

— Мы многим ей обязаны, — признался я.

Мы спустились еще на два этажа и тут встретили вооруженных людей. Похоже, это были те самые спецназовцы, которые забрали нас с кладбища.

— Спокойно, — проговорил я. — У нас ваш начальник, не пристрелите его ненароком.

Бойцы ощерились стволами, но открывать огонь не стали.

— Эй, ты! — кивнул я одному из спецназовцев. — Приведи мне Добровольскую! Живо!

Боец, потоптавшись на месте, кинулся в дверь и вскоре привел босую Светлану в ночной рубашке. Девушка, увидев нас, обрадовалась, но едва взгляд ее пал на плененного доктора, сразу испугалась:

— Вы что творите?

— Лишь пытаемся свалить отсюда целыми и невредимыми, — ответил я.

— Послушайте, можно все разрешить мирным путем!

— Конечно, можно! — согласился я. — Только господин Домодедов против этого.

— Нет‑нет, что вы, я не против! — взвизгнул доктор. — Пожалуйста, Суховеев, отпустите меня, и мы спокойно договоримся…

— Не пойдет, — двинул я ему под дых. — У нас был шанс расстаться полюбовно, но вы его просрали. Света, мы пришли за тобой. Прошу, выведи нас из этого места.

Девушка помедлила, но все ж повела нас по коридорам и лестницам наверх. Спустя несколько минут мы наконец‑то вышли на улицу, под пасмурное небо вечера. Однако едва мы оказались снаружи, десятки бойцов в зимнем камуфляже нацелили на нас свои автоматы. Среди них выделялся почтенный господин в деловом костюме черного цвета. Именно он, сделав шаг назад, распростер руки и молвил:

— Отпустите наших сотрудников!

— Ты про этого засранца говоришь? — кивнул на Домодедова Топор.

— Я говорю про доктора Домодедова и охотника Добровольскую! — поправил господин.

Я сделал шаг вперед, спровоцировав многочисленные щелканья затворов. Тихо спросил:

— Что все это значит? Кто вы, черт вас побери?