Такая опасность существовала. Всё-таки Волокотин терпеть не мог, когда над ним смеются, гордец был страшный, хоть и с говорящей жопой. Мог и отомстить…

Но буквально на следующий день о Мите все позабыли, потому что из-под сварочного стола вылез незнакомый мужик и спросил:

— Это Россия?

Мужику на вид было лет пятьдесят, худощавый, очень загорелый и при этом вполне грамотно экипирован для одиночного подземного путешествия, хотя на спелеолога не походил. И говорил с лёгким акцентом.

— Ты кто? — спросил Вовка, покрепче сжимая в руках кузнечное зубило.

— Я Завидфолуши. Георгий Трофимович.

— Чего хотел, Георгий Трофимович? — Вовка заметно волновался: все мужики были на кухне, а вдруг этот чудик подземный не один пришёл, а с американским спецназом?

— Вернуться, — ответил пришелец.

— Так возвращайся.

— Вы не так меня поняли, — Завидфолуши снял каску и надел очки. — Я уже вернулся. Там, внизу, горный комбайн. Это я его угнал…

Вовка взял незваного гостя под стражу и препроводил на кухню.

— Шпиона поймал.

Мужики с интересом посмотрели на Завидфолуши.

— Сам пришёл? — спросил Игорь, который шпионов терпеть не мог, как французов и ментов. — Или куль тебя принёс?

Георгий Трофимович не смутился. Он уселся на свободный стул, внимательно оглядел присутствующих. Взгляд его задержался на Опарыше, который стоял у окна.

— Это, значит, тебе полицейский по заднице попал? — спросил Завидфолуши.

Мужики посмотрели на Андрюху. Он и впрямь по возвращении из Америки серьёзно припадал на правую ногу, но о том, что он рисковал жизнью и что в него стреляли — об этом умолчали все, включая Бена.

— Патрульный утром ходил, кровь искал, — сказал Георгий Трофимович.

— Какую кровь? — смутился Андрей.

— Какую кровь? — спросили все.