— Подойдите, не бойтесь, — весело обратилась к ним девушка, подбежав к колодцу. — Сейчас здесь безопасно — вот если бы выброс… Ну или ключ активировался! Но на этот счет можете быть спокойными — перед выбросом пламя меняет цвет минут за пять, а ключ в надежных руках.

— Так вы… ты научилась этим управлять? — не сдержался Игорь.

— Не так, как хотелось бы, но мы нашли правильный путь. Если бы мои коллеги больше думали о науке, а не о задницах друг друга… Ну подойдите, чего вы боитесь?

Игорь сделал несколько шагов, но потом замер, махнув рукой. Зато Кондор решительно двинулся с места и, сделав десятка два шагов, подошел, при этом стараясь не выпускать Северину из поля зрения. Та, отметил он, несмотря на весь восторг и специфику момента, не забывала держать безопасную дистанцию, и пистолет был под рукой.

Он мысленно попросил милости у Черного Сталкера — по привычке — и перегнулся через барьер. И замер, парализованный невиданным зрелищем.

Внизу была бездонная глубина чистейшего света и огня. Часть чего–то неописуемо огромного, мерцающего, невероятного, перекатывающегося волнами несмешивающегося света — синего, нежно–голубого, темно–пурпурного, прозрачно–фиолетового. И самое удивительное — колодец, как воронка, расширялся книзу, бетон переходил в какой–то монолитный темно–серый материал стен, и как глубоко — неведомо. Аномалия? Аномалий такого размера просто не могло быть… Неужели же треклятая девчонка права и перед ними подобие Монолита?

Кондору стало жарко — он приказал себе успокоиться, но не смог. В какой–то момент в нем взял верх бывший проводник Института.

— Послушай, этого не может быть, — обратился он к Северине, расстегивая ворот. — Если бы это было так, то мы давно должны были сгореть все на фиг! Да мы бы просто не дошли — в аномалиях бы увязли!

Он потряс головой, не находя слов.

Девушка обтянула майку, стала подбоченясь, положив руку на «беретту».

— Соображаешь, бродяга, — улыбнулась она. — Но ты же сам видишь… Ты жив, дошел, не сгорел — да и я, как ты заметил, наверное (смешок), в кровососа не переработалась. Возможно, свойства этого артефакта таковы, что его собственное поле «отжимает» в разные стороны или гасит все прочие аномалии. А может быть, тут вообще изначально особое место — не зря же, говорю, тут в разных мирах настроили всяких лабораторий вроде нашей. — Она усмехнулась. — Кто знает, может быть, не случайно рванул именно Чернобыль? Я над этим и не задумываюсь — не по профилю. Да и вообще, в этом разве что Бэлческу мог разобраться. Важно научиться этим нормально управлять, но куда важнее, чтобы это не ушло в руки чужаков. Это ведь как минимум потенциальный ключ к Зоне. Ты подумай: если повезет, у нас все и всё вот где будет! — и сжала изящную ладонь в кулак.